Две сотни метров, мы зашли с фланга…
– Короче, – буркнул Владимир Петрович. – Много слов. Мочи падлу.
Танк послушно сбросил скорость, останавливаясь. Бат привычно начал отсчитывать десятки, хоть особого смысла в этом не имелось.
– Бум! – Отдача семидесятишестимиллиметрового орудия легонько качнула многотонную машину; заряжающий подхватил курящуюся сизым кордитным дымом гильзу, выбрасывая ее в приоткрытый башенный люк. Похоже, не слишком удачно: по броне долбанул автоматным прикладом кто-то из десантников, «мол, аккуратнее, мазута, своих зашибете».
Попали – Батоныч видел куцый куст разрыва, поднявшийся между станин. Ударная волна раскидала обслугу, своротив набок щит и завалив ПТО набок. Мгновением спустя рвануло еще раз, куда мощнее – сдетонировали выстрелы, для удобства заряжания уложенные на самой позиции. Ну, сами и виноваты, кто вам злобный Буратино? Незачем техникой безопасности в боевых условиях пренебрегать, ибо чревато, знаете ли…
– Вперед! – скомандовал комбриг, привычно упираясь в броню плечом.
– Серега, перезаряжай, пихай снова осколочный. А ты, Степа, ищи второе орудие, они поодиночке не воюют. Вон тудой гляди, где сарай поваленный и ветки кучей навалены, удобное местечко. Матвеич, если там пушка, дави, незачем снаряд тратить. Он народных денег стоит. Погнали!
Второе ПТО обнаружилось именно там, где предсказал Батоныч. Собственно, фрицы сами себя и демаскировали, увидев появившиеся, словно из ниоткуда, русские панцеры.
Пальнули, обозначив достаточно грамотно замаскированную позицию, за что и поплатились. Спустя полминуты угловатая туша «КВ» обрушилась на окопанную «PaK 38», перемешав ее с землей вместе с артиллеристами. Хорошо так перемешав – скрежет нещадно сминаемого гусеницами металла проник даже сквозь толстенную броню. Воплей расчета, впрочем, слышно не было, чему танкисты только обрадовались…
Одновременно танки первого батальона атаковали деревню с левого фланга, с ходу уничтожив вынесенные в качестве огневого заслона две батареи ПТО.
Потерь пока не было, лишь одному из «Ворошиловых» разбили гусеницу, однако экипаж уже занимался ремонтом, заменяя поврежденные болванкой траки. Остальные машины беспрепятственно вошли в поселок, оставленный жителями еще несколько дней назад. Сопротивлялись гитлеровцы отчаянно, сражаясь едва ли не за каждый дом или сарай, превращенный в огневую или пулеметную точку.
