Встреча с Вождем

Я уже даже был готов принять свою «окончательную» смерть – действительно сделал очень много для изменения истории, можно и на покой, пусть даже и вечный.

Нет, наклевывался более интересный вариант: вполне возможно «развести» Гелена на поездку в Россию. Якобы для поиска ценного прибора – планшета, на котором гораздо больше информации, нежели на смартфоне. А уж там, в густых лесах под Слуцком, может случиться всякое… Там, знаете ли, до сих пор целые группы красноармейцев бродят… Да и у меня руки и ноги на месте… Большой конвой Гелен с собой брать не будет – не по должности ему большим контингентом бойцов командовать, он не командир полка.

Да и острой необходимости во взводе автоматчиков нет – я ведь не «рэмба» какой с виду, зачем меня вдесятером караулить? К тому же, как я понял, «господа офицеры» явно действовали без визы высокого начальства и расширять круг посвященных не стремились. Поэтому скорее всего с собой в поездку полковник возьмет парочку оперативников. То, что Гелен отправится за планшетом лично, я не сомневался – он не позволит держать в руках такой ценный источник информации никому! Даже пару минут, даже наиболее верным клевретам. Как говорил «папаша» Мюллер в моем любимом сериале, «верить в наше время нельзя никому, даже себе!». Правда, после этого он добавлял: «Мне – можно!» – и мерзко хихикал…

Вот и Гелен вряд ли доверит такую операцию даже самым близким людям – поедет сам и охрану возьмет минимальную. А уж там, среди родных березок… посмотрим, «кто кого распнет»!

Тем временем немцы докурили, хлебнули принесенного держателем конспиративной квартиры кофеечку, малость оклемались и начали забрасывать меня вопросами.

– Скажите, комиссар, а вот все эти реактивные самолеты в каком году были созданы?

Они почему-то упорно именуют меня «комиссаром», хотя вроде бы поняли, что мои «комиссарские» документы – всего лишь часть легенды прикрытия.

– Те, которые вы сейчас видели, в середине сороковых и начале пятидесятых.

Врать так врать! Чего их, супостатов, жалеть?! Впрочем, это не совсем ложь, это всего лишь небольшое преувеличение…

– А в каком году закончилась война? – невинно интересуется майор.

О, это они решили перекрестными вопросами меня проверить – Гелен уже спрашивал об этом, но более изящно сформулировал, не так прямолинейно.

И он, конечно, следует:

– А как же вы, имея такую технику, возились с Вермахтом целых три года? – со значением глянув на Гелена, спрашивает майор.