Вы ведь определенно не рассказывали своим подчиненным и обслуживающему персоналу, кто я такой? Или я не прав?
– Много болтаете, – отрезал полковник, быстро переглянувшись с Анхелем. – Позже поговорим…
Смешное по моим меркам расстояние в неполных семьдесят километров мы ехали почти два часа. То еще удовольствие, если честно. Брезентовый верх более-менее защищал от солнца, но в салоне царила жуткая духота и ощутимо воняло бензином и выхлопными газами. Ерзая на неудобном диванчике, я с тоской вспоминал если не батовский внедорожник с его климатконтролем, то хотя бы свой героический «УАЗ».
Вчера я предложил Гелену (интересная у него фамилия, кстати, подозрительно на название вышеупомянутого автомобиля похожа) опустить тент, но наткнулся на решительный отказ. Сегодня же я принципиально молчал. Наконец Рейнхард, в очередной раз промокнув лоб и потную шею платком, скомандовал остановку и приказал водителю сложить верх. Пока тот превращал наше авто в кабриолет, я отлил в придорожных кустиках.
Немного походил вокруг машины, разминая ноги и спину, и со вздохом полез обратно в опостылевшее нутро «автомыльницы». Хорошо хоть недолго осталось – судя по карте, с которой периодически сверялся майор, отдавая шоферу короткие команды, мы уже практически на месте. Трое мордоворотов из грузовика, всю мою прогулку старательно делавших вид, что совершенно случайно оказались рядом, определенно вздохнули с облегчением. Ну-ну…
Место следующей остановки я узнал практически сразу.
Именно здесь мы с Володькой приняли первый бой, раздолбав передовую колонну 3-й танковой дивизии и захватив в плен ее командира генерала Моделя. Вон там я неуклюже маневрировал автопоездом – оставленные колесами прицепа и многотонного тягача глубокие следы никуда не делись, равно как и изодранный танковыми гусеницами дерн. Тягача на месте, разумеется, не было, только здоровенное пятно выгоревшей травы да темные пятна пропитавшей землю солярки. Те, кто эвакуировал сгоревшую машину, потрудились на славу, не оставив никаких следов – подобрали даже обломки разбитых снарядных ящиков и всякий мусор, выброшенный из пылающей кабины взрывом.
Высыпавшие из грузовиков солдаты быстренько проверили и оцепили местность до самой лесной опушки, и абверовцы занялись осмотром. Я же, привалившись к спинке заднего сиденья и с удовольствием вытянув ноги, остался в «Кюбельвагене» под бдительным присмотром охранника.
