Вторая дорога

По сути, он сделал то же, что и я, – проявил храбрость, умело командовал, не допустил разгрома и обеспечил победу. Но его везут в родовое поместье, чтобы похоронить, а я сижу в палатке с наградой в руке. И вспоминаю. Все, что случилось в том проклятом ущелье. Каждый эпизод, каждое мгновенье. Свой ужас, свою ненависть. Не хочу, не желаю, но вспоминаю.

И погибших. Всех. Каждого. Кто как смеялся, кто как ругался, кто как умер.

Пытаюсь отвлечься, переключить мысли, но не получается. Ущелье снова и снова встает передо мной.

Смогу ли забыть? Выкинуть из памяти этот бой, эти горы, эти лица? Не знаю. Не думаю. Как там у Экклезиаста: «И нет избавления от этой войны».

– Ваше высочество, рад приветствовать вас!

– Здравствуйте, маркиз, я рад, что вы нашли время навестить меня в это тяжелое время.

– О чем вы, светлейший государь? Разве я заслужил ваше недоверие? Как может вассал не прибыть на вызов сюзерена?

– Увы, маркиз, увы. После нашего поражения многие подданные, даже те, кого я считал друзьями, внезапно заболели, либо у них нашлись иные, более важные дела, чем приезд по вызову побежденного герцога.

– Какой может быть отдых, ваше высочество? Я, как начальник штаба армии, не мог позволить себе бездарно тратить время. Как бы тяжело ни было поражение, оно должно быть проанализировано. Потери от навязанного нам мира должны пусть и частично, но компенсироваться приобретенным опытом.

– Да, опыт – единственная награда проигравшего. Так что же произошло? Почему провалился план, изначально выглядевший безупречным?

– Позвольте напомнить, что мы рассчитывали на выход в тыл противника группы из четырех боевых магов и их одновременный удар по ставке и резервам противника. В заданный район заранее была направлена группа разведки.

Маги и сводный отряд сопровождения прошли горными тропами и вышли на исходный рубеж непосредственно перед сражением.

– Это я знаю, как знаю и то, что доклад разведчиков оказался ложью. Кстати, они понесли наказание?

– Пока нет. Следствие по их делу еще не закончено, но главное уже известно. Разведка за пять дней до сражения захватила пленного. Тот сообщил, что на выходе из ущелья, по которому планировался рейд в тыл противнику, расположился обоз и рота охраны.