Вторая дорога

Наряд дополнили гольфы и ботинки, в результате получился образ скромного, но знающего себе цену молодого человека.

Само торжество Жану запомнилось плохо. Вначале шли напыщенные речи о мужестве амьенцев, героизме амьенцев, славе амьенцев и вообще о том, что амьенцы – лучшие люди мира, что стало возможным благодаря мудрому, непрестанному, неподражаемому… короче, правлению владетельного графа.

Естественно, мужество, героизм и слава относились к амьенскому дворянству, хотя, надо отдать должное, быдло, включая и вот этого остолопа в синем, в речах как-то присутствовало.

Просвещенный век, поди, можно сказать – демократия.

Затем начались танцы, на которых Жану нечего было делать. Ожидая, когда приличия позволят уйти, он встал в дальнем углу зала и просто слушал музыку. Прожив в этом мире уже немало лет, он впервые слышал оркестр. Не балаганные тру-ля-ля, не армейские дудки и фанфары, а именно музыку, написанную очень хорошим композитором и исполняемую очень хорошими музыкантами. Когда-то с женой они любили ходить в консерваторию, зал Чайковского.

Как же им было хорошо…

Внезапно на плечо легла женская рука.

– Не знала, что ты любишь музыку. – Графиня, ну, сейчас начнутся упражнения в злословии. – И этот костюм… я надеялась на повторение тулузского зрелища. Кажется, в твоем окружении появился кто-то с хорошим вкусом?

– Достаточно того, что в нем не было господина маршала, – Жан улыбнулся. – В этот раз он ограничился лишь наградой.

Графиня улыбнулась в ответ.

– Скажем ему за это спасибо. Но, Жан, ради бога, расскажи, как он умудрился наградить тебя второй раз?

– А он и не знал, кого награждает.

Я был без сознания, лицо врачи измазали какими-то мазями. Там провели какой-то хитрый ритуал. Вроде бы так награждали какого-то героя, виконта, как его, де Бесанон, кажется. Желаете рассказать о незаконности награды?

– Безансон! – глаза графини вспыхнули от восторга. – Виконт де Безансон, великий герой Великой войны и ты! Жан, я, конечно, графиня, мне стервой быть по статусу положено, но не до такой же степени! Так что поздравляю от всей души! И спасибо.

Мы тут вроде как тебя не замечаем, у нас так принято, но поверь, каждый, кто тебя сейчас в упор не видит, прекрасно знает: если бы не ты, не то что бала – города могло не быть.

Вслед за графиней шла Николь. Впервые после истории с эликсиром принцев, когда ей доступно объяснили, что гадить полицейскому, имеющему друзей, чревато. Судя по всему, поняла. Но лишний раз разговаривать с ней Жан не собирался.