12-й механизированный корпус Северо-Западного фронта втянут во фронтальные бои с пехотой противника за Шауляй. 3-й корпус раздергивают между каунасской и неманской немецкими группировками (4-й и 3-й танковыми группами). В результате, получая противоречивые приказы, корпус стоит на месте, где его никто не трогает. А 6-й и 11-й мехкорпуса Западного фронта затеяли решительную атаку с непонятной целью. Зачем-то они перешли в наступление на Гродно, словно нарочно выбирая наиболее бессмысленное оперативное направление.
Под ударами авиации корпуса просто растаяли. На этом активные действия советских войск в приграничном сражении севернее Припяти закончились. 8-я армия отходит к Риге, 11-я – на Свенцины. 56-й корпус Манштейна через 4 дня и 5 часов с начала операции выходит к Западной Двине в районе Даугавпилса (Двинска) и захватывает мосты. Третья танковая группа без особых проблем продвигается по шоссе Вильнюс – Минск.
По мере движения на юг она выходит из полосы Северо-Западного фронта, оказываясь в глубоком тылу Западного, при этом оба командующих просто теряют Г.
Гота из вида. 27 июня 3-я танковая группа с севера, а 2-я танковая группа с юга подошли к Минскому укрепрайону и перерезали магистраль Минск – Смоленск. На следующий день танки Гота ворвались в горящий Минск, где соединились с дивизиями Гудериана.
На южном фланге наступающей группировки противотанковой бригады не оказалось, но и там наступление остановилось, столкнувшись с контратакой 15-го механизированного корпуса.
В центре – в направление на Берестечко – особого сопротивления советских войск не было, но там 11-й танковой дивизии предстояло преодолеть заболоченный и лишенный дорог район реки Стырь, что ограничивало возможность достижения решающего успеха на этом направлении.
Для понимания дальнейшего необходимо принять во внимание ряд стратегических факторов.
Во-первых, И.
Сталин исходил из того, что Германия может вести с Советским Союзом только пространственно ограниченную войну. Это значит, что А. Гитлер не может ставить перед войсками решительных задач типа захвата Москвы и оккупация всей территории страны (или хотя бы всей ее европейской части). Предполагалось, что наиболее реалистичным планом за Германию станет отторжение Советской Украины (по опыту 1918 года) и захват побережья Черного моря.
