Вторая Мировая война между Реальностями

Значительно большей фантазии и изворотливости требует поиск Альтернативных Реальностей, выгодных Рейху. Прежде всего, ни «строгое выполнение Уставов», ни следование законам стратегии Германию не спасает. Конечно, если мы начнем строить версию, в которой А. Гитлеру способствует та же невероятная удача, что и в реальном 1941 году, и при этом германские военачальники не делают грубых ошибок с Киевом, Смоленском и Таллинном, ОКХ не теряет полтора месяца оперативного времени на обсуждение перспектив второго этапа кампании, германские оккупационные власти прилагают усилия не к уничтожению комиссаров, евреев, цыган и прочих «недочеловеков», а к налаживанию элементарного взаимодействия с населением и организации хозяйственного организма на захваченных советских территориях, в то время как тыловое войсковое начальство обеспечивает хоть сколько-то сносные условия жизни для пленных советских солдат и офицеров.

Если при этом советское командование еще и повторит все ошибки, совершенные им в летней и осенней кампании в Текущей Реальности, то в такой версии можно выиграть войну за Германию даже в рамках «Барбароссы». Но подобная «игра в одни ворота» порождает Реальность с очень низкой достоверностью. Такая Реальность тоже очевидна и «не интересна».

Конечно, никто не заставлял фон Бока на пустом месте растратить все темпы, выигранные им на первом этапе Московской битвы. Сильный, властный, уверенный в себе командующий погасил бы тлеющий конфликт между Клюге и Гудерианом, заставил бы 4-ю полевую армию сомкнуть фланги со 2-й танковой группой и приложить все возможные и невозможные усилия к захвату Тулы.

На севере фон Бок мог добиться минимального «понимания» со стороны фон Лееба, то есть – развития операций 16-й армии в направлении Калинина. (Не подлежит сомнению, что в Текущей Реальности командующий группой армий «Центр» отнесся к обеспечению своего левого фланга совершенно наплевательски, ограничившись первым «нет» со стороны фон Лееба; высшие же инстанции вообще самоустранились от решения проблемы взаимодействия армейских групп. ) В этих условиях можно было рискнуть бросить 4-ю танковую группу вперед – прямо на Москву. И здесь уже – вопрос удачи. Если бы танки Гепнера подошли к Москве 16 октября, в день, когда в Москве царила паника и началась неуправляемая эвакуация советских учреждений (ни днем раньше и ни днем позже!), очень может быть, что 4-я танковая группа захватила бы Москву, подобно тому, как 2-я без боя овладела Орлом.