Вторая Отечественная

Повторюсь, все как с винтовкой: в центре выбранной вами цели мушка ровно посеред целика должна оказаться и по высоте слиться с ним в одну линию… Сейчас бы немного пристрелять пулемет – так ведь не к чему! Ладно, попробуем, когда турки пойдут…

– Ваше благородие – так вон они, уже идут!

Оказавшийся чуть более глазастым Прохор указал рукой куда-то вперед – и, вглядевшись, я действительно увидел темные силуэты двигающихся в рост людей, только-только показавшихся из-за завьюженной стены снега…

– Стражи погранотряда все прошли?! Пограничники все отступили?!

Мой крик, разнесшийся над позициями, остался гласом вопиющего в пустыни – никто мне не ответил.

А значит, показавшиеся из-за снежной пелены люди могут быть как своими, так и врагами… Но если это свои, окоченевшие от холода, преследуемые турками и грезящие спасением на наших позициях, то открывать огонь просто преступно! Даже если…

Мои размышления прервал раздавшийся впереди винтовочный выстрел – и первая пуля пробороздила снег метровой толщины бруствера, подняв в воздух фонтанчик снежной взвеси.

По мне стреляли – сам себя криком и обозначил в качестве цели…

– Ах вы ж твари! Расчет – к бою!!!

Я приник к прицельной планке «максима», быстро ослабив хомут горизонтальной наводки и сдвинув целик с мушкой так, чтобы поймать центр корпуса ближнего к нам турка…

А одновременно с тем на позиции сводного батальона раздался громкий, басовитый крик Букретова:

– За Веру, Царя и Отечество – огонь!!!

Короткая очередь моего «максима» прозвучала одновременно с винтовочным залпом; парой секунд спустя к общей стрельбе присоединились еще несколько станкачей.