Вторая Отечественная

Именно к ней и приписан Николай Андрианович… Третья, заметно меньшая, группа прикрывает поморье, четвертая (также незначительная) – защищает границу с Персией. В свою очередь подразделения пятой группы составляют армейский резерв в Тифлисе и охраняют тылы.

Ничего не скажешь, толково…

План действий Кавказской армии разработал начальник штаба, энергичный, деятельный генерал Николай Николаевич Юденич – генерал заслуженный, боевой, награжденный Георгиевским оружием за Мукден. Там полк под его началом выдержал удар двух японских дивизий, сорвав охват русской армии японцами – и в том бою Николай Николаевич был дважды ранен… Так вот, начштаба успел воспользоваться «окном возможности» в тот момент, когда многочисленная османская армия еще только начала разворачиваться для генерального наступления.

Турки сочли, что русские в связи со своей малочисленностью будут лишь обороняться, и были неприятно удивлены, когда группы Берхмана и Абациева вдруг перешли границу и, отбросив курдское ополчение да передовые подразделения регулярной армии, начали стремительное наступление!

Понятное дело, что вскоре османы начали вводить в бой основные силы.

Но во встречном Кеприкейском сражении с группой Берхмана они понесли значительные потери, а Абациев прочно занял Баязетскую, Диадинскую и Алашкертскую долины, закрепившись на Тапаризском перевале и перевале Клыч-Гядук. Фланговые бои в Дутахской долине и Аджарии победителей не выявили – но, по крайней мере, контратака врага не возымела успеха.

Таким образом, несмотря на значительное превосходство османов в живой силе, кампания для последних началась крайне неудачно.

Русское же командование (в лице, прежде всего, Юденича) выиграло не только ноябрьское пограничное сражение, прочно перехватив инициативу, но и столь ценное время на прибытие Туркестанского корпуса!

Конечно, оперативная пауза не могла быть сколь много продолжительной – но полковник Букретов очень надеялся, что времени добраться до второй пластунской бригады ему хватит. А там… А там штабной офицер, не особенно-то и искавший для себя ратной славы и боевых наград на Дальнем Востоке, собирался воевать – воевать всерьез! Историю притеснения грузин турками он знал превосходно, кубанские казаки также воевали с османами все время своего существования – и Николай Андрианович помнил об этом, а потому войну на Кавказе воспринимал для себя как нечто личное…

Понятное дело, что должность начштаба не предполагает личного участия в бою – но ведь случается всякое.