Вторая половина олигарха

Елена невесело усмехнулась:

– А то вы не знаете! Лимфогранулематоз у нас. Вам это о чем-нибудь говорит? Второй год уже лечимся. Врачи сказали, полное излечение возможно, но больших денег требует. А то, что нам сейчас в больнице делают, – это так… поддержка сил, не более. Только где же их взять, деньги-то, да еще большие?!

– Ну, вы уж так не переживайте, – попыталась я как-то успокоить женщину, – может, и найдутся.

– Да? И где они, интересно, найдутся? Может, на дороге поискать хорошенько? Может, кто из богатых случайно обронит? – съязвила Елена.

Кажется, она снова начала раздражаться.

– Мир не без добрых людей, – сказала я несколько загадочным тоном, – возможно, и найдутся те, кто захочет вам помочь. Я даже знаю такие благотворительные организации, которые в подобных случаях оказывают содействие.

– Что, серьезно? – Раздражительность хозяйки заметно поубавилась. Теперь она смотрела на меня растерянно. – Ну, если такие организации есть… Да вы проходите, что же у порога-то разговаривать?

Через пару минут мы с Еленой сидели на кухне и пили чай.

Она оказалась вовсе не злой, просто была какая-то замотанная и уставшая. Я расспрашивала ее про жизнь, она жаловалась, говорила, что мальчик ее вот уже второй год болеет этой болезнью – лимфогранулематозом. Что его надо обязательно лечить, иначе… Денег у нее катастрофически не хватает, и она вынуждена сдавать свою хорошую трехкомнатную квартиру в приличном районе, доставшуюся ей после смерти мужа, а сама жить на окраине в этой, дешевой. Я слушала с самым сочувствующим видом, на какой только была способна. И мне даже не приходилось особо притворяться, мне действительно было жалко эту молодую женщину, на которую свалилось столько несчастий.

– А что же с вашим мужем случилось? Почему он умер? Ведь он, кажется, был совсем молодым?

– Да, – печально-задумчиво сказала Елена, – ему и тридцати тогда не было… Сердце. Так патологоанатом сказал.

– Сердце? В двадцать девять? Странно.

И какой же диагноз ему ставили врачи?

– Какие врачи? Какой диагноз? Никто ничего не ставил… Мы и не знали, что у него больное сердце. Он никогда не жаловался. Я с ним почти пять лет прожила и всегда считала, что он совершенно здоров. Да он не чихнул за это время ни разу! У них в родне все здоровые. Да если хотите знать, его дед до сих пор жив, а ему уж, слава богу, девяносто. В деревне живет…

Елена достала из буфета конфеты в маленькой вазочке.