Вторая правда

Кейду оставалось надеяться, что Митч не пожалеет, что заступился за него.

– Следи за ним, – велел Макдональд. – Будешь отвечать за то, чтобы он держал рот на замке и не показывался агентам, если они снова объявятся.

– Есть, сэр, – ответил Митч.

Напрягшаяся спина Кейда чуть расслабилась.

– А что насчет их расспросов о Пенсе? – спросил первый голос.

– Отвечайте, что ничего не знаем, – сказал Макдональд. – И выясните, с чего они решили, будто мы что-то знаем. Наверное, кто-то брякнул лишнее, и след привел их сюда.

– Вы собираетесь звонить им? – поинтересовался Чип.

– Это моя земля, я ничего им не должен. И скоро нам больше не придется терпеть их присутствие.

Одобрительный гул и возгласы «чертовски верно».

– Вы все пришли добровольно, – торжественно заявил Макдональд. – Вы поверили в меня. У нас общая цель, и мы собираемся ее достичь – об этом я позабочусь. Пенс накосячил – и поплатился. Это послужит нам уроком: не отвлекаться от цели. Я вижу, что нам уготовано великое будущее. Будущее, которое наше по праву – по праву американцев.

Еще больше возгласов «чертовски верно» – на этот раз гораздо громче.

– А как быть с Оуэном? – спросил второй, незнакомый Кейду голос. – Его сестра – агент ФБР.

– Я им займусь, – пообещал Макдональд. – Не беспокойтесь о нем. Его тошнит от одного вида сестры-копа.

– А у меня ее вид вызывает совсем другие желания, – пробормотал кто-то из мужчин. Все расхохотались.

– С ней проблем не будет. И не беспокойтесь насчет отсутствия женщин: скоро их станет полным-полно.

До Кейда донеслись одобрительные звуки – вместе с шумом внезапно распахнувшейся кухонной двери. Парень на четвереньках забрался за штабель ящиков с продуктами, надеясь, что вошедший не включит свет, и прислонился спиной к ящикам, поджав длинные ноги как можно ближе к животу. Зажегся слабый свет. Ящики отбросили тень на Кейда.

Свет погас. Прюитт услышал, как открылся и захлопнулся холодильник. Судя по топоту, кто-то прошел мимо Кейда и направился к двери между кухней и столовой. Она открылась и закрылась. Кейд с облегчением уткнулся лицом в колени.

Прюитт выпрямил ноги и тихонько пополз к выходу, чувствуя, как колотится сердце. Он был почти у двери, когда до него донеслось слово «динамит».