Вторая семья моего мужа (СИ)

 — А кто это у нас тут такой сладкий? Это чьи тут щечки такие вкусные? Ясины!

Девочка с интересом следит за моей подругой и заливисто хохочет.

— Блин, ну какая же классная булочка у вас! А пахнет как! Молочком! — восхищается подруга, крепко прижимая к себе пухленького пупса в розовом бодике с медвежатами.

Пока я готовлю ужин, играет и водится с ней. Я отвлекаюсь рядом с Сашкой, мы обсуждаем прошедшую свадьбу, подарки и впечатления. Фото еще не готовы, я с нетерпением их жду.

Проводив подругу, мне снова становится невыносимо одиноко.

После нашего последнего разговора, когда Макар попросил паузу, я впала в истерику. Рыдала до икоты, уливаясь слезами. Я не знаю, что испытывает человек, когда из жизни уходит кто-то очень близкий и любимый. Но мне кажется, примерно такие же ощущения. Бывший муж пояснил, что пауза нужна нам обоим, потому что мы устали очень. Плюс он уезжает на нефтегазовые месторождения почти на неделю, Артура в Тюмени нет, не Лейле же нас встречать.

Каждый день он неизменно интересуется, как наши дела, я всегда отвечаю, что хорошо.

На этом диалог заканчивается, я не хочу разговаривать. Мне кажется, я теряю его, и ума не приложу, что могу сделать для его возвращения обратно. Одно знаю точно, если он спит с Лейлой, это конец. Я не прощу его. Никогда в жизни. Это ведь не просто физический контакт. Измена начинается гораздо раньше, когда человек в мыслях начинает думать о другой.

На следующий день неожиданно заболевает Яся, я вызываю врача, который диагностирует ОРВИ.

Артур привозит нам лекарства, фрукты и спрашивает, чем еще можно помочь.

Мне не нравится, как он на меня смотрит. Сочувствующе.

— Не нужно на меня так смотреть, Артур! — твердо прошу его.

— Как? — округляет он глаза и краснеет.

— Ты жалеешь меня! А меня не нужно жалеть — это мой выбор!

— Я восхищаюсь Вами, Кира Юрьевна. Вашей силой и несгибаемостью духа. Вы не так меня поняли.

Меня накрывает волна смущения. Я вообще в людях не разбираюсь, видимо.

— О, извини. Я сама не своя эти дни.

— Я все понимаю, не извиняйтесь.

— Макар продлил контракт с тобой? На какой срок?

— Нет. Я больше на него не работаю! — с улыбкой сообщает молодой человек.

— Как не работаешь? — ошарашенно спрашиваю.

— Ну, как и договаривались. Я работал до того дня, как вы с Ярославой должны были лететь в Тюмень. Макар Денисович прислал расчет.

— Господи! А я звоню тебе, как раньше. Прости, пожалуйста! — судорожно хватаю телефон, чтобы перевести ему деньги за услуги.