Вторая семья моего мужа (СИ)

Что ж непонятного?

— Как так? Упустила такого мужика?

— Как бывает, Кира? Ты дура что ли? Ты где жить собираешься и на что? Или ребенок не его, да? Он поэтому тебя бросил? Эх ты, Кира! Как ты могла? — мама продолжает кричать что-то еще, но я бросаю трубку и ставлю ее в блок.

Капец вообще. Еще и меня сделала крайней! Сердце сжимается от боли, и я снова собираюсь разводить болото из слез, как в этот момент просыпается Ярослава. Открывает глазки, осматривается по сторонам, а потом начинает так громко орать, что у меня кровь в жилах стынет.

Не знаю, с какой стороны к ней подойти, она такая крошка. Неловко беру ее на руки, помня, что надо придерживать головку. Мечусь с ней по палате, кладу на пеленальный стол. Зачем-то разматываю пеленку, с ужасом смотрю на прищепку на пупке, который измазан зеленкой и заглядываю в подгузник.

Из головы вылетает все, чему учили на курсах. Я пытаюсь запеленать ее обратно, а она дрыгает ногами, и коленки постоянно выскакивают. Сто потов с меня сошло, пока получилось что-то стоящее.

Ярослава продолжает верещать, а мой мозг вообще атрофируется, я нажимаю кнопку вызова медсестры и качаю дочь на руках, беспрерывно шикая. Ясе на мои шиканья по барабану, потому что у нее свой какой-то малышатский план.

— Что-то случилось, Кирочка? — заглядывает ко мне запыхавшаяся медсестра.

— Да, — морщусь я. — У меня дочь орет.

— Грудь? — выпучиваю глаза и смотрю на нее как на инопланетянку.

— Ну да, — смеется девушка. — Она есть хочет, наверное. Молоко есть?

— Не знаю. В родовой что-то говорили про молозево.

— Понятно! — хмыкает медработница. — Давайте, я подержу. Грудь обмойте, покажу, как прикладывать правильно.

Я оголяю верх, подхожу к широкой раковине и обмываю соски.

— Отлично! — хвалит девушка и передает мне малышку. — В первые сутки необходимо чаще прикладывать малыша к груди. Это помогает успокоиться, пережить стресс родов, является толчком для установления лактации. Сейчас малыш много ест, спит и плачет, но это не говорит о голоде, скорее о реакции на стресс.

Чтобы успокоить новорожденного, нужно взять его на руки и предложить грудь.

Я подношу маленький ротик с своему соску, осторожно тычу в губки, Яся беспокойно ерзает, и втягивает его в себя.

— Вот, молодец! — нахваливает сестра. — Старайтесь, чтоб она захватывала не только сосок, но и ореолу. Поглубже суйте, не бойтесь.

Я осторожно извлекаю грудь изо рта малышки, отчего она снова недовольно начинает хныкать, и запихиваю по-новой, как учила медсестра.