Вторая семья моего мужа (СИ)

Делаю все привычно, на автомате, в холодильнике шаром покати. Кира подготовилась к отъезду, и, видимо, избавилась от продуктов, чтобы не протухли. В шкафчике над микроволновкой нахожу две пачки лапши быстрого приготовления. Усмехаюсь, и ставлю чайник. Сто лет не ел доширак.

Оформляю билеты до Екатеринбурга. Ближайший рейс только на завтра, на три дня. Пусть так, быстрее все равно не получится. Хоть высплюсь, устал зверски.

Снова пытаюсь дозвониться Кире, но она не отвечает. Тогда я набираю Сашу Муркину.

Мы прогуливаемся по вечернему Екатеринбургу. Жара спала, воздух теплый и сухой. Играет музыка, гуляют люди, по Исети плавают прогулочные катера. Высотные здания красиво подсвечиваются, бизнес-центр «Высоцкий» сверкает своими огнями.

— Боже, как же здесь красиво! — хлопаю в ладоши от восторга. — Скажи, Сашка?

— Здесь всегда было красиво! — пожимает плечами подруга.

— Ну, не так! Театр драмы перестроили, набережную поменяли.

— Ага. В среду, в студенческий день? — прыскает от хохота Сашка.

— Да. С парнями из соседней комнаты. Они нам поп-корн купили, а с собой пива протащили в зал. Одно что, спортсмены!

— Боже! — стонет подруга, держась за живот. — Ну и кринжатина!

Я качу перед собой коляску со сладко спящей Ясей, а Тая впереди резво катит на беговеле. Шустрая такая, ужас!

— Кроссовки помнишь мои? — снова прыскает Саша.

— Паленые Баленсиаги? — припоминаю я. — У них подошва отклеилась, а ты ее суперклеем пыталась приладить на место.

— Ага. И пальцы приклеила. Еле оторвала.

Мы еще долго вспоминаем первый курс, общих знакомых. От воспоминаний на душе становится тепло и приятно. Забавное было время.

— В кафе, может, присядем? — киваю на итальянский ресторанчик «Донна Олива». — Я проголодалась.

— Давай. Таюша! — кричит подруга. — Возвращайся!

— Куда? — оборачивается темная головка с двумя веселыми хвостиками.

— Пиццу? — загораются детские глазенки.

— Если хочешь, пиццу!

— Хочу! — хлопает в ладоши крестница. — А Яся что будет?

— Молочко! — хихикаю я, ощущая покалывание в груди. Молоко приливает, пора бы уже Ясеньке просыпаться.

— Фу! Не люблю молоко! А она будет пиццу?

— Ей еще нельзя. Она очень маленькая.

— А конфеты можно? — хитро посматривает на меня малышка.

— Тоже нельзя.