Вторая «Зимняя Война»

Мол, Гейдрих пропал без вести, когда выполнял его, Гитлера, секретное и ответственное задание – поэтому не сметь трогать его и его семью своими грязными лапами…

Так что Гейдрих, распевая песни, совершенно спокойно дошагал до самого КПП, и единственное, на что решились охранники, это снять телефонную трубку и, несмотря на ранний час, вызвать на КПП начальника личной охраны Гитлера штандартенфюрера Раттенхубера. Случай-то экстраординарный, и даже сегодняшний начальник караула штурмбанфюрер Шульц предпочтет, чтобы с неожиданным визитером разбиралось бы начальство.

Подгулявший или заблудившийся местный житель – это одно, а свалившийся прямо на голову неизвестно откуда группенфюрер Гейдрих – совсем другое. Для начальника охраны Гитлера такие внезапные вызовы были в порядке вещей. Именно он должен был встречать всех высокопоставленных гостей, удостоверяться, что у тех действительно назначена аудиенция у фюрера германской нации, после чего проверять их и их багаж на безопасность и лично сопровождать приглашенных к бункеру Гитлера. Одним словом, Ганс Раттенхубер был двуногим воплощением немецкой овчарки, с рычанием обнюхивающей всех, кто приближается к ее господину.

Разница с обычными случаями заключалась только в том, что большинство высокопоставленных гостей прибывали на аэродром и попадали на территорию через самый ближний, восточный КПП, или же они приезжали на железнодорожную станцию, находившуюся вообще под боком. А вот дальний западный КПП, у которого появился Гейдрих, было расположено чуть ли не в полутора километрах от казарм охраны.

Поэтому начальнику личной охраны Гитлера пришлось брать дежурный автомобиль и приказывать ехать как можно быстрее. Ибо, если это действительно вернулся Гейдрих, то последствия этого явления могут быть самыми непредсказуемыми. Гитлер уже несколько раз ставил перед абвером задачу выяснить, что именно произошло с его любимцем, но те или не могли, или не желали говорить хоть что-нибудь определенное. Несомненно, узнав о возвращении Гейдриха, фюрер тут же затребует его к себе, и у любого, кто проявит в этом деле нерасторопность, впоследствии может полететь голова. На восточный фронт рядовым в пехоту, и это еще будет очень мягко.

К моменту, когда начальник личной охраны Гитлера примчался к месту ЧП, группенфюрер Гейдрих уже пятнадцать минут стоял с поднятыми руками перед наведенным на него пулеметным стволом и отчаянно материл тупоголовых часовых.