Вторая «Зимняя Война»

Мисс Ида проследила за моим взглядом – и, конечно же, поняла, в чем дело, хоть я уже и не смотрела в ту сторону. Там на лавочке сидели двое. Это были девушки. И они целовались друг с другом… Их не особо смущали прогуливающиеся мимо мамаши с колясками (которым, впрочем, тоже не было до них никакого дела). Они были увлечены друг другом, и вся эта сцена была прекрасна в своей откровенности и страсти… Однако я испытала стыд. Что же еще я должна была испытать, увидев, как эти двое столь бесцеремонно нарушают общественные устои? Ну и, конечно, была и еще одна причина.

Ведь я была такой же, как они – я имела пристрастие к однополой любви… И вынуждена была скрывать этот факт.

Мне показалось, что мисс Ида как-то странно посмотрела на меня, и я поспешила сказать:

– Эти девушки… Они ведут себя крайне непристойно… Что будет с ними, если тут окажется полиция?

Но она прореагировала совсем не так, как я ожидала. Равнодушно пожав плечами, она произнесла:

– А ничего не будет, миссис Рузвельт. Личная жизнь человека неприкосновенна, если только она не идет вразрез с законом.

– А разве закон не запрещает гомосексуальные отношения? – воскликнула я в порыве эмоций.

– Не запрещает, миссис Рузвельт, – ответила мисс Ида.

– Вы серьезно? – Я не могла поверить собственным ушам. – А как же…

– Я вас уверяю, миссис Рузвельт, что сейчас подобные отношения не являются нарушением закона, – мягко произнесла мисс Ида. – Этот закон давно отменен – и у нас, и в Соединенных Штатах… в большинстве стран, кроме самых диких, где за подобное еще могут побить камнями.

Я потрясенно молчала. И одновременно ощущала радость, словно бы с меня спали некие оковы.

– И что, мисс Ида… – осторожно начала я, – людям нетрадиционной ориентации можно не скрывать отношений и… может быть, даже… вступать друг с другом в брак?

– Можно, – подтвердила моя переводчица, – но не у нас в России. У нас брак – это союз между мужчиной и женщиной, предназначенный для рождения и воспитания детей. А все остальное от лукавого.

А еще у нас запрещено пропагандировать такие отношения перед детьми. Вот когда человек становится взрослым, тогда он сам должен решить, какую модель поведения выберет. Это его личное дело. Хотя стоит заметить, что у нас многие недовольны таким положением вещей, так как считают, что оно ведет к моральному разложению и физическому вымиранию нации, а также стирает грани между добром и злом.

Мне хотелось задать еще много вопросов. Но я сдержалась.