Противостоять обстоятельствам непреодолимой силы, имеющим сверхъестественные причины, глупо и бессмысленно…
– Господин Ямамото, – нахмурился император, – ваша безумный план заключается в том, что вы предлагаете нам попытаться разменять Манчжурию и Корею на союз и покровительство русских большевиков и их потусторонних покровителей? Я понимаю, что в таком случае мы получим поддержку, которая так необходима нам в борьбе с англосаксами. Но что если цена такого размена окажется слишком высока и господин Сталин затребует от нас больше, чем мы можем отдать, не теряя лица?
– В таком случае, о Божественный Тенно, – ответил адмирал, – мы будем сражаться до конца против всех врагов и разлетимся в мелкие дребезги, будто кусок яшмы.
Но в этом деле есть несколько крайне важных обстоятельств. Во-первых – нашей флотской разведке удалось установить, что там, в далеком будущем, за семьдесят семь лет вперед, Россия и Америка являются врагами и смотрят друг на друга через прицел.
Причем эта вражда началась сразу после завершения этой войны, и господин Сталин об этом наверняка осведомлен. Во-вторых – к японцам у русских из будущего отношение совсем другое. Они восхищаются нашим мужеством и готовностью к самопожертвованию ради императора – точно так же, как они восхищаются стойкостью своих предков и их готовностью сражаться даже в самой безнадежной ситуации.
Вспомните осаду Порт-Артура и какой кровью пришлось заплатить за него японской армии, несмотря на то, что положение осажденных было безнадежно. В каком-то смысле между японцами и русскими значительно больше сходства, чем между русскими и европейцами, а также европейцами и нами. Как я уже говорил, они – единственные из длинноносых варваров, которые видят в нас таких же людей, а не узкоглазых желтомордых обезьян. В-третьих – как говорят в Европе, враг моего врага – мой друг.
Сейчас господин Гитлер терпит одно поражение за другим и отчаянно нуждается в союзниках. Потому-то он и старается задобрить янки выражением сочувствия и поддержки. В обмен он хочет мира и союза с британцами и янки, чтобы единым фронтом противостоять русским большевикам, которые вот-вот придут его убивать, и нам, потому что мы тоже не прощаем предательств.
