— Значит будем сотрудничать, — сказала Евдокия, —только вот что, Фаина Андреевна, чтобы, между нами, недомолвок не было.
Я уже собиравшаяся откланяться, замерла: «Интересно, и что ещё за условие?»"
"— К жениху моему вы не лезете, и о себе не напоминаете, — строго произнесла Евдокия, — он может и не слишком умён, но красив, и я его люблю.
Я улыбнулась:
— Я очень рада и за вас, и за него, Евдокия Николаевна, поверьте, чувств у меня к нему нет, кроме чувства благодарности.
Она величественно кивнула, а я подумала, что Дмитрию Алексеевичу Воронову очень повезло, что на него обратила внимание такая женщина.
Выходя от Евдокии Николаевны, я чувствовала воодушевление. Она пообещала в ближайшие день-два прислать информацию об аудиенции с Императрицей, а я обещала уже сегодня отправить ей двадцать флакончиков эликсиров, чтобы она начала распространять их там, где бывает чаще всего, во дворце.
Глава 49
Алексей, несмотря на всю свою занятость, всё время разговора так и прождал меня в холле особняка.
А когда я спустилась с лестницы, он посмотрел на меня и спросил:
— Ну как, удачно?
— Да, — кивнула я, — возможно, что уже через день-два мне пришлют информацию об аудиенции с императрицей, а Императрица поможет встретиться с императором.
— Ну и отлично, — ответил Алексей, — как вы смотрите, Фаина Андреевна, на то, чтобы поехать к Аркадию Никифоровичу Кошко? Я с ним договорился о встрече в моём кабинете, в том, что расположен в Коллегии канцелярий на Университетской набережной.
— Буду рада, — сказала я, улыбнувшись, потому как сама хотела попросить, и мы поехали.
Когда мы подъехали к зданию Коллегии канцелярий, Аркадий Никифорович уже был там.
— Опаздываете, молодые люди, — нарочито строго произнёс он, но шутя, потому что на самом деле мы опоздали всего на четыре минуты.
— Рад видеть вас, Фаина Андреевна, в столице, — поприветствовал меня знаменитый сыскарь.
— Благодарю, Аркадий Никифорович, — я слегка кивнула в ответ, — я тоже рада вас видеть, — и добавила, — особенно, если поделитесь какими-то новостями.
— Ну, новостей у меня особо нет, — тут же заметил он, — я так понимаю, что это вы вызвали меня чтобы поделиться теми новостями, которые есть у вас.
Алексей посмотрел на меня, затем на Кошко и предложил:
— Тогда, господа, пройдёмте в кабинет, и там конфиденциально всё и обсудим.
После того как мы рассказали суть дела, Кошко задумался настолько глубоко, что на его лбу прорезалась резкая вертикальная морщина.
