Алексей легко спрыгнул с подножки и это было красиво, высокий, подтянутый, с длинными ногами, и не скажешь, что «король сладостей».
— Здравствуйте, Фаина Андреевна, — сказал Алексей, — вот проезжал мимо, решил заглянуть.
— Алексей Сергеевич, — сказала я с небольшим укором в голосе, — а я вас уже потеряла
Порываев почему-то мрачно произнёс:
— Простите великодушно, занят был.
— Я очень спешу, Алексей Сергеевич, — сказала я, и вдруг до меня дошло, что еду я туда, где находится и офис Алексея Порываева.
— Я бы мог вас проводить.
Вы по делам?
— Да, я по делам. К нотариусу еду, — сказала я, всё ещё раздумывая, не является ли чем-то странным появление Порываева ровно тогда, когда я выезжаю на встречу с нотариусом. Оглянулась в поисках кого-то из тех в серых сюртуках, но никого не увидела.
— А зачем вам к нотариусу? — спросил Порываев, — оформляете что-то, Фаина Андреевна?
— Ну так вы поедете или нет? — вдруг донеслось грубым голосом с облучка той повозки, которую нашёл Тихон.
Я посмотрела на Тихона.
— Поедешь за нами, — сказала я, — а я с Алексеем Сергеевичем поеду. Подбросите меня, Алексей Сергеевич, на Университетскую набережную?
— Да, конечно, Фаина Андреевна, — с готовностью согласился Порываев и помог мне забраться в его двуколку.
Правил он сам, поэтому Тихон поехал за нами в нанятом экипаже, так и не отпустив извозчика, да и мне так было спокойнее.
— Так что у вас за дела? — спросил Алексей Сергеевич.
Я внимательно на него посмотрела и подумала, что нельзя же так, чтобы никому вообще не верить.
А Алексей, пожалуй, единственный, кто помог мне тогда, когда я больше всего в этом нуждалась. И тогда я решилась:
— Полину похитили, Алексей Сергеевич. Вот землю переписывать еду. Правда, пока точно не знаю на кого.
Порываев вдруг резко дёрнул поводья и лошадь встала, я еле удержалась, чтобы не вылететь. Сзади было слышно, как ругнулся извозчик, на котором ехал Тихон.
— Алексей Сергеевич, не останавливайтесь, — попросила я, — едем как ехали. Я не уверена, что за мной не следят.
— Почему вы мне не сказали? — с чувством произнёс Порываев. У него это прозвучало как-то отчаянно, так, что мне стало неловко. И правда, почему?
— Не знаю, Алексей Сергеевич, я была в растерянности, — я говорила, только сейчас понимая, насколько по-детски себя вела. И я вчера должна была встретиться с императором.
— Он в курсе? — спросил Алексей.
Я пожала плечами:
— Сама я с ним поговорить не успела, но зато встретилась с Клоповым.
