Я с сожалением произнесла:
— Вера, если тебе некомфортно, то можешь не ходить. Я бы, конечно, хотела, чтобы мы пошли вместе, но ты смотри по своему состоянию.
В общем, Вера не пошла.
—Я лучше где-нибудь на кухне поем, — сказала она
А я подумала, что, если дело только в одежде, то надо бы исправить это упущение. К сожалению, мои платья на неё не подойдут, потому что она гораздо выше меня. Но надо узнать, где не дорого можно разжиться новыми.
Подавив желание присоединиться к Вере, и пойти вместе с ней на кухню, я пошла в гостиную, на которую указал дворецкий.
Когда я вошла туда, там всё уже сидели за столом, и все головы, естественно, повернулись ко мне.
— Добрый день, — вежливо поздоровалась, не представляя себе, что делать дальше.
Спасибо, Раиса Леонтьевна встала, подошла ко мне, приобняла за плечи и сказала:
— Знакомьтесь, это Фаина Андреевна
Мужчины поднялись.
— Да, — добавил Нуров, — наша местная теперь землевладелица. С недавнего времени принадлежит ей большой кусок земли.
И я заметила, что на лицах присутствующих появился интерес.
Раиса Леонтьевна проводила меня к столу, и усадила примерно по центру.
За столом было человек десять, и некоторых я знала. Например, там сидел штабс-капитан Орлов Пётр Васильевич, с которым мы познакомились на улице Екатеринбурга. Заметив, что я его узнала, он широко улыбнулся.
Также за столом находились несколько человек разных возрастов в сюртуках тёмного цвета, они все были похожи на чиновников. Позже, приглядевшись, я увидела, что сюртуки были, видимо, форменными, так как пуговицы у всех были одинаковые, гербовые, какие на мундирах бывают.
Помимо меня и Раисы Леонтьевны, другие дамы тоже были за столом, на другой от меня стороне стола сидела полная дама, с щедро припудренной шеей, я ещё обратила внимание, что и рукава платья у неё длинные, закрывают кисть почти наполовину. И если приглядеться, то заметно, что и на шее, и на руках следы раздражения кожи.
Дама заинтересованно поблёскивала глазами, а я ещё подумала, что такое выражение часто бывает у тех, кто любит посплетничать.
На вид полной даме можно было дать около сорока лет, хотя вес, конечно, мог прибавлять возраст.
А по моей стороне стола, рядом с высоким, желчного вида, худощавым мужчиной, лет пятидесяти, сидела, опустив глаза в тарелку худенькая молодая женщина.
Поначалу за столом разговоров было немного, мужчины смотрели голодными глазами на то, как лакеи разносят тарелки с ароматным, дымящимся … рыбным супом.
