Сквозь массивные двойные двери в зал вошёл Билли со своей семьёй, друг выглядел потрясающе в идеально сидящем смокинге, с тёмно-зелёной рубашкой под пиджаком.
Рядом с ним стояла девушка ангельской красоты, с фарфоровой кожей, которую лишь украшали едва заметные веснушки. Её длинные тёмные волосы были уложены в сложную причёску, а невероятные синие глаза сияли особенным светом.
Эстер.
Я не могла поверить в происходящее.
Эстер смотрела на Билли с бесконечной любовью и нежностью, но сам он выглядел несколько неуверенным, словно искал кого-то взглядом.
Он не сразу узнал Эмму, стоявшую рядом со мной.
Такая реакция была сегодня не редкостью, нас никогда не одевали профессиональные модистки, и мы никогда не выглядели так хорошо, как сегодня. Увидев Эмму, Билли застыл, не сводя с нее глаз.
Ласковое прикосновение к плечу, звонкий смех и взгляд, полный ожидания, — Эстер попыталась отвлечь Билли, и тот словно через силу смог перевести взгляд на свою, видимо, девушку.
Миниатюрная целительница рядом со мной теперь смотрела в пол.
Маленькие кулачки сжимали и разжимали шифоновую юбку ее красивого платья, и она словно не дышала.
— Эмма… — тихо прошептала я, и подруга, услышав меня, сорвалась, и быстро ушла в один из коридоров.
Я растерянно подняла глаза на Лэйси, которая видела всю ситуацию и сразу всё поняла.
— Иди за ней, — сказала она.
Не желая оставлять Лэйси одну, я отвела её к своей маме и родителям Эммы. Это было лучше, чем оставлять её одну. Я заметила, что Элайджа, наш второй стихийник и хороший друг Тома, уже был здесь со своей семьёй.
Сделав страшные глаза и скосив их на Лэйси, я дала ему понять, чтобы он присмотрел за ней, если что, и поспешила за подругой.
В первой богато украшенной уборной никого не было, зато из второй я услышала тихий плач, будто Эмма пыталась сдерживать себя и не издавать никаких звуков.
— Эмма, пожалуйста, открой. Это я. Я просто обниму тебя, не буду ничего спрашивать, если ты не захочешь, обещаю.
Не получив ответа, я вновь постучала.
— Тогда я просто сяду рядом с дверью и буду ждать, пока ты выйдешь.
Но этого не понадобилось. Услышав мои слова, Эмма открыла дверь, и перед моим взглядом предстало заплаканное лицо подруги. Ее прическа была слегка встрепанной, но макияж, который нам наложили, явно был закреплен магией и не испортился, несмотря на то, что глаза подруги были красными и слегка опухшими.
Я крепко обняла худенькую девушку, и Эмма утопила свое лицо в моем плече. Она едва заметно тряслась, тихо всхлипывая.
