— Ты ничего не знаешь обо мне, не смей упрекать меня за то, что я оставила тебя!
— Просто объясни, почему? Мне было шесть, отец всегда говорил, что ты ненавидишь меня, что я уничтожил твою карьеру и будущее.
— Так и есть! Уходи, Макс, ты не найдешь здесь того, что ищешь, — голос Лоры был таким холодным, что даже я почувствовала себя неуютно.
— Я не уйду, пока ты не расскажешь мне, что случилось. Отец врёт, он всегда врал, и я не верю ни слову о том, что он сказал о тебе... Пожалуйста, — голос Макса был умоляющим.
Я закрыла глаза, понимая, насколько ему сейчас больно, и стала удаляться, не желая подслушивать. Однако всё равно услышала жестокое “Заткнись!” от Лоры.
Как она может быть так жестока к собственному ребёнку? Я понимала, что она прошла через что-то очень тяжёлое, что навсегда её сломало, но разве Макс, которому тогда было шесть лет, виноват в этом? Ведь она любила его... Полтора года пыталась выиграть права на своего ребёнка.
Дверь мастерской громко хлопнула, и в коридоре послышались быстрые тяжёлые шаги.
Я подняла голову, ожидая увидеть Макса, но совсем не ожидала, что он просто бросит на меня злой взгляд и пройдёт мимо.
— Макс!
— Уходи, Айви, — голосом, полным боли и гнева, ответил он. — Ты хотела, чтобы я оставил тебя в покое, так вот, ты этого добилась. Можешь больше не беспокоиться о моём внимании.
Почему-то, когда он это сказал, я испытала некую боль.
Вот и все. Он не хочет даже знать меня, потому что узнал, что я скрывала от него настолько важную информацию все это время.
Мои руки вспотели от волнения, и я вытерла их о юбку своего рабочего платья.
Я не знала, что сказать, и просто шла за ним по коридору, а потом и по улице, не желая оставлять его одного. Он был стихийником, и я боялась, что он может совершить что-то на эмоциях, например, влезть в драку.
— Убирайся, Айви, оставь меня в покое, черт побери!
Я не могла.
Просто не могла. Как можно оставить человека, который истекает болью, которого предала его семья, снова и снова? Он был почти сиротой при живых родителях.
— Макс… Я уйду. Потом. Но я волнуюсь.
— Не переживай за меня, моя ледяная принцесса. Я больше не побеспокою тебя. Я не сделаю никаких глупостей, — в его голосе не осталось никаких эмоций.
Но я не ушла.
— Что бы она тебе ни сказала, ты в этом не виноват. Ты был ребенком.
Я всегда считала, что в моей семье нездоровые отношения, но теперь..."
"Услышав мои слова, Макс внезапно остановился, затем медленно подошел ко мне, нависнув своей массивной фигурой.
