В прошлой жизни он был счастливым баловнем судьбы, тем, кто менял женщин, как перчатки, и имел неплохие отношения с отцом, по крайней мере, на публике.
– Почему мне говорят, что ты почти ничего не ешь и за три дня ни разу не покинула госпиталь? – жёстко спросил Макс.
– Почему тебе вообще об этом должны говорить? – тихо ответила я.
– Потому что я, вроде как, твой молодой человек, – серьезно сказал Макс. И тогда я действительно вспомнила… Да, мы сами организовали это. На балу.
Увидев, что я не отвечаю и смотрю в одну точку, Макс покачал головой.
– Айви, многие сейчас проходят через то же, что и ты. Не вини себя за то, что выжила, когда многие погибли. Если ты захочешь бросить эту работу, это не проблема.
Не проблема… Я люблю эту работу. Этих людей. И люблю изобретать.
Любила. Раньше, когда я испытывала что-то кроме вины и отчаяния.
– Я должна была быть на его месте, – тихо сказала я.
– На чьём месте?
— На месте Тома. Я должна быть на его месте.
Макс сел передо мной на корточки.
— Расскажи мне, — попросил он мягко.
— О том, что случилось в прошлом.
И я рассказала. Не всё, я не касалась своей жизни с Робертом или событий с Люсиль, рассказала только то, что произошло с другими, после выпускного.
– Если бы не я, ты бы жил счастливой, беззаботной жизнью, не зная ничего о грехах своей семьи, не зная печали, с доступом ко всем деньгам, – завершила я, чувствуя полное опустошение.
А Макс… лежал головой на моих коленях и это не вызвало у меня почти никаких эмоций, поэтому я позволила ему остаться так.
Повернув голову, он поцеловал меня в живот, и я ощутила лёгкий отголосок смущения.
– Айви, ты хочешь, чтобы я жил во лжи? Мой отец всегда ненавидел меня. А то, что ты описываешь, звучит как его победа.
– Но ты был счастлив…
– Нет. Я не был счастлив. Я не знал по-настоящему ни отца, ни матери, ни себя. Я не был счастлив.
Я отвернулась, сглотнув ком в горле. Но где-то глубоко внутри мне стало легче от его слов.
Макс был единственным, кому я могла доверять. Единственным.
Сейчас я не рассказала бы правду даже Себастьяну Торну, потому что понимала, что он полностью поддерживает короля, чьё бездействие казалось мне преступным.
А ещё… я знала, что Макс был честен со мной.
– Подумай сама, – продолжил он, – если бы ты была на месте Тома, тебя бы не отправили в Истрэй. Я бы погиб, пытаясь получить наследие. И главное, мы бы не узнали о планах моего отца, и вчера погибло бы не двести одиннадцать человек, а несколько тысяч.
