Король всеми силами старался показать, что поддерживает народ в этот трудный час, повышая свои рейтинги через газеты, которые в последнее время писали только о трагедии в Колвилле.
Первым свою речь произнёс мэр города. Затем выступили многие другие: начальник городской стражи, руководители госпиталя, Себастьян Торн. Речь моего командира была во многом похожа на ту, что написали для меня: он выражал гордость за своих ликвидаторов и хвалил жителей за их мужество и сотрудничество в этот трудный момент. Он также отдельно поблагодарил высокоуровневых стихийников, откликнувшихся на сигнал о помощи.
Я была удивлена что сюда не пригласили Теда Фуллагара. Он упустил прекрасный повод врать в лицо тем, чьих близких он убил.
Интересно, есть ли в нём хоть что-то человеческое? Возможно, он не появился здесь, потому что ему стыдно смотреть этим людям в глаза?
— Слово предоставляется Айви Браун, остановившей прорыв в Колвилле и предотвратившей катастрофу чудовищного масштаба.
Я вышла вперёд под громкие аплодисменты, как и остальные, и мне передали артефакт для усиления голоса, чтобы меня услышали даже на самом дальнем конце площади.
Я заметила, что распорядитель ни разу не упомянул, что прорыв был рукотворным, хотя все и так знали об этом.
— Дорогие жители Колвилла! Сегодня я стою перед вами с чувством глубокой благодарности. Ваш прекрасный город столкнулся с огромной опасностью, но вы, жители Колвилла, доказали, что даже такое событие не сломит ваш дух...
Я замолчала. Речь, написанная королевскими советниками, восхваляла жителей Колвилла и храбрость ликвидаторов, говорила о том, как я горда быть частью этой организации и что мои ранения — ничто по сравнению с тем, что пережили они.
Заканчивалась речь тем, что впереди нас ждут светлые дни.
Но я не собиралась её произносить.
Король не хотел напоминать людям о плохом. Он хотел превратить этот день в торжество героизма и мужества, а не в день боли и смертей, каким он был на самом деле. Он пытался сделать праздник из трагедии.
Я переглянулась с Максом, и он кивнул, давая понять, что готов. Нарушать приказ буду я, но последствия придётся нести нам обоим.
— Когда я была в госпитале, ко мне подошла жительница Колвилла, женщина по имени Тамсин, которая лишилась руки. Я видела пустоту в её глазах. Тамсин почти ничего не пила и совершенно ничего не ела. Я села рядом с ней на скамейку, и она разозлилась на меня, — я заметила, как королевские советники переглянулись.
