Борьбу за власть, иногда прямую, а иногда нет.
— Объясните, если вы знаете будущее, почему вы спрашиваете меня о нашем теоретическом браке?"
"Тед Фуллагар всё так же сидел передо мной, смотря снизу вверх, но всё в его поведении, наклоне головы, взгляде кричало о том, что именно он хозяин положения.
— Уилмер Фуллагар был… интересным человеком. Он верил в любовь. Верил, что мы не можем знать имена наших будущих близких, так как это разрушит естественное развитие наших отношений. Только естественные отношения смогут подарить Фуллагару наследника, ребенка, обетованного судьбой, того, кто унаследует “круг”.
Но ты особенная. Твоё появление он описал в своём дневнике, — Тед Фуллагар интимно улыбнулся мне и продолжил терпеливым голосом. — Он также верил, что мы не сможем полностью осознать и принять далёкое будущее, поэтому каждый из Фуллагаров знал только те события, которые произойдут в его поколении.
Это было странно. Получается, отец Теда Фуллагара не знал о тех событиях, которые произойдут с его детьми и внуками?
— Но разве всё это не было изображено в этой комнате? — я обвела руками десять стен.
— Нет, мы добавляли эти изображения с каждым поколением, — Тед Фуллагар встал и подал мне руку. — А записи Уилмера Фуллагара мы добываем на инициации, которая делает нас главой “круга”.
Не круга. А культа.
Культа, в который вовлечены, судя по всему, сильнейшие этого мира. Если с Фуллагаром обсуждают законы, значит им доступна власть на самом высоком уровне.
И возможно, многие из его “круга” не знают, что на самом деле он очень даже хочет изменить будущее.
— Можно я посмотрю на те события, которые случатся в вашем поколении, лорд Фуллагар?
— Конечно, Айви, — холодно улыбнулся мужчина. — Ты теперь одна из нас. А скоро и вовсе возвысишься над остальными.
Он сам подвёл меня к одному из выставочных столов, где за стеклом скрывались несколько листов, подобные тем, что были на других столах. Этот стол стоял в стороне от остальных, в центре комнаты, рядом с креслами, таким образом, чтобы большое количество людей могло собраться вокруг и изучать записи.
Большая часть написанного ничего для меня не значила, речь шла о каких-то законах и реформах, в которых я мало что понимала. Но запись на первой странице сразу же привлекла моё внимание.
«Сентябрь восемьсот седьмого года. Колвилл».
Колвилл, нападение теней, смерти тысяч людей. В записях не было указано точное количество погибших в Колвилле, только бездушная цифра: «от трёх до десяти тысяч жертв».
