Впрочем, наследником он был лишь номинально."
"Макс держал в руках ту злосчастную газету, которую он случайно прочитал за утренним кофе. Увидев фотографию Айви и отца, он едва не подавился, пролил кофе на газету и замер, долго всматриваясь в изображение.
Кофейное пятно расползалось по фотографии, касаясь рук Айви, сжатых в кулаки от волнения. Макс перевел взгляд на её лицо, окаменевшее от тревоги, и на руку отца, лежащую на её плече. Пальцы мужчины широко обхватили плечо девушки и были заметно напряжены, наверняка оставляя синяки.
На лице отца была такая отвратительная ухмылка, что Максу сразу захотелось ударить его.
Слава богам, фотография никак не обозначила статус Айви и не намекала на характер её отношений с отцом. Подпись гласила лишь: ""Лорд Теодор Фуллагар и мисс Айви Браун"".
Маленькая заметка сообщала, что Айви работает в компании Фуллагаров и является изобретательницей ""того самого усилителя Браун"". В другой заметке упоминалось, что лорд Фуллагар приводил в этот ресторан на подобные банкеты своих предыдущих жён.
Макс тогда едва не сжёг обеденный стол, за которым сидел, переполненный бурей эмоций. Больше всего он волновался за Айви. Он хорошо знал своего отца и понимал, каким страшным человеком тот мог быть, хотя это редко касалось женщин. У отца было множество любовниц; он был щедр, и почти каждая из его пассий мечтала стать третьей женой.
Но Айви в тот день была действительно напугана.
— Отец у себя? — спросил он у дворецкого. Тот кивнул и отправился предупредить старшего Фуллагара о визите сына.
Макс не мог просто так войти в кабинет отца, этот запрет существовал с самого детства.
В поместье всегда было много посторонних людей: владельцев компаний, политиков, общественных деятелей, инвесторов. Иногда приходили даже родственники короля. Макса никогда не приглашали на эти разговоры, которые всегда велись за закрытыми дверями. Впервые он попытался зайти в кабинет отца, когда ему было семь лет, ещё при жизни деда.
Тогда отец прилюдно отчитал его, выгнал из комнаты и запретил заходить в кабинет без разрешения.
Присутствующие при этом политики и бизнесмены смотрели на маленького Макса с насмешкой и неким скрытым знанием. Знанием, которое позволяло им чувствовать себя выше наследника Фуллагаров.
Макс не понимал, почему его так открыто презирают. И это не прекратилось даже тогда, когда в школе обнаружилось что у него высочайший уровень и контроль магии. Друзья отца, да и сам отец, продолжали его игнорировать, или же смотрели с насмешкой.
