Заседание было большим, по просьбе доктора Листера, который теперь снова был в фаворе у королевской семьи, собрались все главные врачи больниц Лондиниума, а также приехал сам главный королевский врач, Вильям Уислер. Я вспомнила, как он неверующе кивал, когда королева расписывала свою идею про женщин-докторов. Интересно, что он скажет сегодня.
Глядя на докторов и преподавателей-профессоров медицины из университетов и колледжей, я видела только мужчин.
Пришла предательская мысль: — «И что, Лейла, ты думаешь, что ты сдвинешь такую махину?» .
Но я её сразу подавила, потому что знала, что скоро всё начнёт меняться. Я точно знала, что женщины доктора бывают.
И вот все, наконец-то, расселись, я подождала ещё несколько секунд, чтобы дать возможность стихнуть разговорам и начала делать доклад.
Доклад проходил в полной тишине, и только доктор Уислер что-то листал, сидя на своём месте.
И я как раз подошла к моменту, где заканчивала говорить о стадиях болезни и должна была перейти к практической части, к описанию профилактических мер, карантин уже заболевших, отделение их от здоровых, и что из лекарственных средств эффективно использовать в процессе лечения и почему.
И вдруг Вильям Уислер поднял голову от своих бумаг и спросил:
— А где интерн Шушель?
Глава 41
Нехорошее предчувствие «червячком» зашевелилось у меня внутри. Я посмотрела на сидевшего на первом ряду трибуны доктора Листера.
Джозеф Листер встал, повернулся к Вильяму Уислеру и сказал:
— Сэр Уислер, я не понимаю причём здесь интерн Шушель, но отвечу вам на вопрос.
Интерн сегодня дежурил в ночную смену и скорее всего отдыхает дома.
А вот сэр главный королевский врач не встал, а продолжил говорить сидя, и то, что он сказал, прозвучало словно удар грома:
— А я не понимаю, по какой причине вы зажимаете талантливого молодого человека. Почему то, что он написал, зачитывает какая-то девица?
Если до этого в зале была тишина, то после заявления Уислера, тишина стала оглушающей.
— Но интерн Шушель не имеет никакого отношения к работе по коклюшу, — несколько растерянно проговорил доктор Джозеф, — я знаю это точно
Но сэру Уислеру, видимо, было все равно, что говорил доктор Листер. Он взмахнул листами бумаги, которые лежали перед ним и сказал:
— Вот, пожалуйста, сегодня рано утром Пьер Шушель лично мне их привёз и ещё рассказал, какие меры, разработанные им, сейчас принимаются в вашей больнице.
