И вот наконец-то был принят Акт о защите детей, и организован специальный комитет по контролю и лицензированию таких «домов малютки», но из известных медиков никто не хочет браться за это, поскольку не верят в успех, и ответственность за то, что дети продолжат умирать никто не хочет на себя брать.
— Доктор Уислер предложил вас и от вас мы будем ждать предложений по тем мерам, которые необходимо внедрить, — закончил свой рассказа сэр Годфри.
Я, конечно, была крайне удивлена тому, что для такого важного решения выбрали именно интерна, но понимала, что здесь каждый преследует свои цели, в том числе и главный королевский доктор, мистер Уислер, который не может напрямую противостоять королеве, а вот продемонстрировать ей, что у женщин ничего не получается, он может.
И даже Элизабет Гаррет он объединил с другим интерном, чтобы показать, что у неё всё получилось только потому, что там был ещё и мужчина.
Поэтому я не стала больше задуматься о том, что многие, а особенно доктор Уислер, ждут моего провала, я решила всех «удивить» и сделать так, как нужно мне. Это же какую возможность мне предоставило провидение, что я сразу могу помочь многим малышам, да ещё и продвинуть педиатрию, как науку.
Надо пойти и «сказать спасибо доктору Уислеру», вот он удивится.
Да, такую работу вряд ли получится совмещать с работой в больнице, поэтому я не раздумывая подписала контракт, который мне дал секретарь сэра Годфри, что через неделю я должна в полной мере приступить к новым обязанностям.
Контракт был на шесть месяцев, оплата была высокой, я будучи интерном получала почти докторскую зарплату.
Но самым главным было то, что в случае признания работы успешной, мне предлагалось отучиться в университете бесплатно, за счёт короны.
Я, честно говоря, не хотела тратить восемь лет на получение диплома, потому что, конечно, мои знания превышали тот объём знаний, которые мог дать университет в этой реальности, но я рассчитывала договориться о сдаче экзаменов экстерном.
Выходила я от министра юстиции с улыбкой на лице, но ещё больше моё настроение поднялось, когда, заглянув в окно автомобиля, я увидела там профиль Максимилиана.
