А ещё оказалось, что я, как и остальные женщины, обожаю красивые платья. Я про себя произнесла: — «Спасибо тем, кто сделал это платье доступным для меня.»
А вслух сказала:
— Девочки, я буду самая красивая на этом балу.
И мы все дружно рассмеялись. Дана потом рассказала, что больше всего боялась, что я со своей «правильностью» откажусь. Поэтому она так и обрадовалась.
Мы договорились с доктором Джозефом, что на бал поедем от больницы. Он заказал автомобиль, на котором я, доктор Листер и интерн Шушель поедем в королевский дворец Сент-Джеймс.
Братья Белтон проводили меня и дождались пока автомобиль подъедет.
Это было очень хорошо, потому что вскоре пришёл Пьер Шушель и стал говорить мне какие-то банальные комплименты.
Конечно, я понимала, что его поведение изменилось оттого, что после экзамена изменился мой статус, да ещё Шушель далеко не глуп, и понял, что у меня есть «талант» новатора. И теперь всеми силами старается стать «другом».
Но я знала, что в бальном придворном платье выгляжу очень хорошо. А как ещё можно выглядеть, когда тебе восемнадцать и ты в красивом платье? Конечно, шикарно!
И скорее всего Шушель действительно был поражён «моей неземной красотой», но я-то помнила его грубость, поэтому он, как и был, так и оставался для меня крайне неприятным человеком, от которого надо держаться подальше.
Наконец-то подъехал автомобиль, в котором уже сидели доктор Джозеф, его супруга. И я выдохнула, потому что братья Белтон решили оставаться со мной пока не «передадут меня» в руки доктора, а я опасалась, что Шушель может их спровоцировать и они снова попадутся на его манипуляции.
Я и Шушель сели в автомобиль, и мы «помчались» ко дворцу Сент-Джеймс.
Доехали быстро, дольше стояли в очереди на вход. Приглашение на бал гласило, что подъехать надо к пяти вечера, но сам бал, как объяснила мне миссис Листер «скорее всего начнётся в не раньше семи».
Честное слово, я и вправду почувствовала себя Золушкой, когда вошла в ярко освещённый холл дворца.
Людей было много, и многие были одеты в придворные платья, похожих на моё, отдельно стояли аристократы в вечерних бальных нарядах.
У бальных дамских нарядов было декольте и открытые плечи, все дамы в таких платьях имели украшения, поэтому из той стороны, где находились аристократы, шло сияние, свет отражался в бриллиантах и золотом шитье нарядов.
Семейная чета Листеров, извинившись, оставила нас Шушелем вдвоём, и удалилась «поболтать» со старыми знакомыми.
Я же продόлжила рассматривать дворец и гостей.
