После такого беспредела начался отток добровольцев, а те, кто еще воевал, перестали демонстрировать отвагу и доблесть, предпочитая отступать. Из-за этого начали применять заградительные отряды из пулеметчиков, что добавило любви к республиканской власти, идеям свободы, равенства, братства и борьбе с фашистами. Непонятно было, кто фашист на самом деле.
В июне мятежники захватили Страну басков, выдавив республиканцев в соседнюю Кантабрию. В августе пал и этот регион. Командующий итальянской армией, воевавшей там, пообещал свободный выезд во Францию в обмен на сдачу провинции, но Франсиско Франко отменил это обещание, решив раз и навсегда избавить страну от революционеров.
Публика эта беспокойная, будет гадить из-за границы. Нет революционера — нет проблем.
В августе коммунисты разогнали анархистов в Арагоне и Каталонии, отобрав военную технику и оружие и арестовав более шестисот человек. Мне кажется, это была самая большая ошибка, не учитывавшая менталитет испанцев и в конечном итоге предрешившая исход гражданской войны.
Испанцы — стихийные анархисты. Какая бы жесткая ни была власть в стране, они относятся к ней с полнейшим пофигизмом. Никто и никогда не научит испанцев выбрасывать мусор в контейнеры, а не на обочины дорог, и соблюдать правила дорожного движения. У них даже в тюрьмах бардака больше, чем в российских школах на переменках, где анархист, в прямом смысле слова, сидит на анархисте и анархистом погоняет. В итоге осеннее сражение за Сарагосу было проиграно республиканцами с большими потерями, потому что лишились поддержки крестьян, которые получили землю, благодаря анархистам.
Следующей потерей стала Астурия, где тоже основной силой были анархисты, и в конце ноября Северный фронт исчез. Теперь мятежники могли перебросить войска, сражавшиеся там на другие участки.
Еще одной проблемой республиканцев стала уравниловка. Все — рабочий, инженер и директор — получали одинаковую зарплату, восемнадцать песет в день. При этом никто не работал, потому что каждый день какой-нибудь праздник или просто митинг.
Производство легло, исчезли многие товары. С середины лета, когда крестьяне собрали и спрятали урожай, не желая отдавать его за гроши, начались перебои с продуктами питания, цены резко полезли вверх. Кому повезло, присосались к помощи, поступающей из-за границы, но та резко уменьшилась из-за отказа Франции и сокращения поставок из СССР. В итоге хорошие специалисты перебирались на территории мятежников.
