Второгодка. Книга 1. Старая школа рулит

Запахло джемом и фруктами.

— Так, ребятки, — поморщился я, пытаясь встать. — Как я здесь оказался, можете мне объяснить?

Японский городовой, а что это на мне такое? Я уставился на узкие джинсы и стоптанные синие кроссовки с большой буквой «N». А ещё на поношенную футболку и короткую джинсовую куртку. Ковбой, бляха… Мало того, что одежда была незнакомой, но и ноги мои… ёлки… Ноги выглядели тощими и длинными, как у подростка. А руки…

Я тупо уставился на свои ладони. Потом перевернул… Пальцы худые, грязные, ногти обкусаны под корень… На запястье дурацкие часы без циферблата…

— Смотри, как его штормит, — хмыкнула розовая и выпустила ещё одно облачко.

Может, это был типа «тот свет»? А что, выжить после выстрела в лицо с такого расстояния дело крайне сомнительное. Но если так, мне тут не нравилось.

— Он и так гением не был, — покачал головой боксёр, — а теперь вообще кретином станет.

— Гадить где попало будет? — засмеялась Алиса.

Если на мне одежда была в облипочку, то на ней висела, как на вешалке. Длинные, широкие джинсы, типа, как «пирамиды», мели по полу.

— Так, я сам с собой разговариваю, детвора? — рыкнул я. — Можете мне чётко объяснить, как я здесь оказался?

— Пипец, — покачала головой розовая.

— Ты что, не помнишь? — прищурился Рожков. — Или прикалываешься? Тебя Шалаев вызвал сюда.

Фамилия эта была мне хорошо известна, но…

— Конечно, прикалывается. Матвей Шалаев, Мэт. Уж кого другого, а его ты точно должен помнить. Всю жизнь.

Но никакого Матвея Шалаева, да ещё и Мэта, я однозначно никогда раньше не видел и не знал.

— Да блин, зачем тебе Юля? — недовольно воскликнул боксёр, — Ты стукануть реально решил? Ну, иди, она в кабинете, у нас урок уже начался. Но она тебе точно не поможет, а вот репутация твоя…

— Да какая у него репутация, ты совсем что ли, — перебила его Алиса.

— Юля Салихова, хозяйка ларька на Кирова. Какой кабинет, какой урок? Вы чего мне мозги канифолите? Молодёжь, блин! Знаете её?

Они переглянулись и начали ржать в голос.

— Не, Краснов, — вытерев слёзы, выдала Алиса, — ты прям юмористом стал, чётко ролфишь. Тебе надо в «Плюшки», там такой тупой юмор на ура заходит. Или в «Камеди» хотя бы.

— Посмеялись? — зло спросил я, и они начали ржать по-новой.

— Это когда Юля ларьком обзавелась? — хохотала Алиса. — Ой, не могу. Хозяйка ларька!

— Да хорош ржать, — воскликнул я. — Как только с вами учителя справляются? Это что, школа?

— А ты прямо Шерлок Холмс и капитан Очевидность.