Онлайн-библиотека книг
У нас, например, в городе в этом году не осталось ни одного нашего, ребёнка, который не пошёл бы в школу. Как, по-твоему, это хорошо?
— Конечно, хорошо, — нахмурился я.
— А почему хмуришься, если хорошо? О нас говорят, что ромы — это источник криминала, что в нашей среде процветают наркотики, мошенничество, кражи. Но преступники во всех народах встречаются, и мы жестоко боремся с подобными стереотипами.
— Понимаю, — кивнул я.
А что, хорошая идея разрекламировать, или как там сейчас говорят, в общем, изменить общественное мнение, а самим продолжать традиционный бизнес.
— Ну, а раз понимаешь, запомни, любые дела, которые могут повредить репутации Жана, крайне нежелательны. И если ты окажешься человеком, который бросит на него тень и поставит под угрозу его будущее, ты горько пожалеешь.
В общем, разговор принял весьма неожиданный оборот. Мы говорили ещё минут пятнадцать о социальных сетях, о молодёжи, политике и экономике. Кончилось тем, что он вроде бы остался доволен, хотя рожа всё равно казалась злой.
Но, по крайней мере, он не сожрал меня сам и не скормил арабским скакунам, которых у него наверняка имелось несколько краденых табунов. Или не краденых.
Предложенных денег я не взял, но место, где обитал Князь, стало мне известным. И на том спасибо.
* * *— Живой? — хмуро бросил Кукуша, когда я подошёл к машине. — А то я тут на измене весь. Конокрады эти кружат, зыркают, тебя забрали, ствола нет.
— Слушай, интересный дядька этот барон. Он мне задвигал за образование, социальную справедливость и всё подобное.
— Ага, есть у него такое. Его в ящике показывают каждый день по местным каналам. Вот такие времена, чё. А сам он под эту свою фуфлыжную шнягу не забывает дела делать.
— А точно? Может, он действительно такой ответственный и правильный барон?
— Нет никого грязнее политиков, племяш, — назидательно пояснил Кукуша. — Политики хуже жохов, шерстяных воров и фуфломётов.
У меня зазвонил телефон. Это была Глотова.
— Привет, — ответил я.
— Красивенький, — воскликнула она.
Голос её звучал немного нервно.
— Чего там случилось, ты где?
— Я дома. Слилась с физры, пошла спать. Только у школы меня поджидали.
— Кто? — насторожился я.
— Пацанёнок лет двенадцати, — ответила Настя.
— И чего хотел?
— Чтобы я тебе сообщение передала. Чтобы ты сегодня пришёл на стройку в семь часов. Один и со стволом. Он сказал, что будут качели. И что это единственный шанс решить вопрос мирно.
