Второй брак 2

Возле него из-под земли пробивались какие-то маленькие белые цветы, и, присев возле них на корточки, я погладила лепестки. Я не знаю, зачем я это делала, но почему-то впервые мне хотелось в тишине насладиться обычной жизнью.

Я так долго и напряженно куда-то спешила и чего-то боялась. Доказывала. Боролась. Старалась исправить, бросалась в объятия опасности.

Я даже не могла нормально остановиться и как следует посмотреть на мир, в который снова вернулась после перерождения. Мне было снова всего лишь восемнадцать.

Выпрямившись, я внезапно почувствовала движение воздуха за спиной, и не успела испугаться, как чья-то рука закрыла мне глаза.

— К… Кейл? — испуганно спросила я.

— Ждала кого-то другого? — ответил его голос и я выдохнула.

— Нет, конечно. Просто испугалась, что кто-то пробрался сюда.

— Это вряд ли. Здесь охрана лучше, чем в императорском дворце.

Я, высвободившись, повернулась, а он опустил руку. Мой взгляд скользнул по фигуре Кейла, ощупывая его и пытаясь понять, все ли в порядке.

— Вполне. Конечно, с Грегори все сложнее, чем с Анаис. Благосклонность к ней держалась только на образе, который создавала императорская семья, поэтому ее сейчас дружно полощет аристократия. Но что касается моего дяди — его сторонники пытаются добиться от журналистов того, чтобы часть про него вырезали. С последствиями сделанного им придется еще долго бороться.

Он не дал мне тот ответ, который я так хотела, поэтому я решила уточнить:

— Ты… арестовал Грегори?

Его край губ дернулся в усмешке. Я резко выдохнула.

— Тех, кто был невиновен, я не трогал.

— И кого больше нет?

— Самого Грегори и его сына.

— Он же был тихим парнем. Всего лишь ученым.

— Откуда ты знаешь? — это, кажется, заинтересовало кронпринца. Я пожала плечами. — Не всего лишь, Ирэн. Он был предан своему отцу и пытался помешать. Я не пачкаю руки кровью невинных.

Я посмотрела на него.

— Это неправда, Кейл. Иногда бывает.

— Ты что-то знаешь обо мне, чего не знаю я?

Отвернувшись, я посмотрела на фонтан, а затем тихо вздохнула в сотый раз за день.

Если бы я захотела рассказать о прошлой жизни кронпринцу ранее, я бы захлебнулась этими словами. Это был незаживающий нарыв на душе, который отзывался безумной болью, стоило к нему только прикоснуться.

Но теперь мои родители живы. И прошлое стало казаться всего лишь кошмарным сном, не более.