Второй брак 2

Я закрыла глаза, чувствуя, как начинает лихорадочно колотиться сердце от его прикосновений и от того, что я буду позволять ему это делать. Это чувствовалось теперь иначе. Вес его тела на мне стал ощутимее, и при каждом вдохе мы до тесноты прижимались друг к другу.

Я никогда не думала, что буду делать подобное. Первый наш поцелуй был ошибкой, и причины таких эмоций я все еще не понимала. Будто бы я в тот момент была не в себе.

Но сейчас сознание было чистым. И необходимость отвечать, пусть и под шантажом, на поцелуй человека, угрожавшего и в этой жизни моей семье, вызывала во мне сковывающий страх, подобно у маленького зверька, чувствовавшего как его сжимают острыми когтями, и просто смирившегося со своей участью.

Только когти этого зверя несли сейчас не боль и смерть, а приятные ощущения. И это раздирало еще сильнее.

Человек надо мной был подобно дикому огню, от которого можно было в любой момент вспыхнуть и сгореть дотла.

Его ладонь внезапно скользнула по моему бедру, которое обнажилось из-за задравшегося платья, оставляя пылающий след на моей похолодевшей от напряжения коже, и тут же поднялась выше, на внутреннюю часть бедра. Я дернулась, резко выдохнув ему в губы, почувствовав, что он прикоснулся к моему белью.

Тело пронзило разрядами тока. Целиком и полностью испепелило, мгновенно оставляя на сознании ожоги. Огромные. Те, которые в себе вмещали целые ураганы из нещадного пламени. Пронзая меня ужасом в тот момент, когда огромная, грубая ладонь кронпринца одним резким движением потянула мое нижнее белье вниз. Он делал это настолько безжалостно, словно собирался вовсе порвать кружевную ткань. Она и так впилась в кожу бедра и треснула.

Широко раскрыв глаза, я судорожно, панически выдохнула и, поднимая ладонь, гневно влепила кронпринцу пощечину. Изо всех сил. Так, что мою ладонь обожгло нещадной болью.

— Прекратите. Немедленно, — произнесла сквозь плотно стиснутые зубы. Изо всех сил отталкивая его. Непонятно каким образом выбираясь из-под громоздкого тела кронпринца и, поднимаясь на ноги, быстро отходя подальше от дивана. Так, словно убегая от проклятия.