Второй год новой эры

Вполне хрестоматийный пример; он заставлял нас понять тот простой факт, что все существующее – необходимо, что во всем есть баланс, на котором и держится, в частности, жизнь на Земле и Мироздание в общем.

Надо же – оказывается, и древние люди задумывались о подобных вещах! Кроме того, они наблюдали за разными природными явлениями, делали выводы, искали объяснение… Через слова моего мужа мир Каменного Века открывался мне в каком-то новом свете. И все больше я проникалась уважением к этим аборигенам, которые уже в те времена умели философски мыслить, которые стремились найти истину в суровой действительности, что окружала их… И просто удивительно, насколько поэтичными и мудрыми были их представления, насколько богатым и развитым был их духовный мир…

Мой муж предстал передо мной в каком-то новом свете.

Почему он раньше не рассказывал мне ничего подобного? Наверное, потому, что, как и другие туземцы, считал нас более развитыми в духовном плане, более умными, и просто стеснялся говорить об этом. А впрочем, может быть, попросту не было случая… Не знаю. Как оказалось, я очень плохо знаю своего мужа… И это меня неожиданно порадовало. Значит, мне всегда будет интересно с ним.

А он тем временем продолжал:

– Я подумал, что Эйдо не откажет в моей просьбе. Ведь в нашем племени слишком много ойо – ну, женщин, девушек… Так что я просил его послать нам сына. И потом он пришел ко мне во сне, в окружении духов земли, и сказал, что он послал нам мальчика… Ну вот…

Гуг замолчал. Он, подложив одну руку себе под голову, а другую мне на живот, с легкой улыбкой смотрел в светлеющее небо.

На его лице были написаны мечтательность, довольство и глубокое удовлетворение жизнью.

Я тоже молчала, думая на сказанными словами. Я всегда мыслила рационально, и сейчас эта рациональность подсказывала мне, что мой муж может ошибаться, что он никак не может знать, какого пола наш ребенок. Но что-то другое, иррациональное, подсознательное, торжествующим гласом перекрывало этот слабый голос – оно возвещало, что муж прав, что все именно так, как он говорит.

Что за мистика…

Чтобы избавиться от этого непривычного и немного пугающего меня чувства соприкосновения с чем-то потусторонним, я спросила:

– Дорогой, а… у этого Эйдо есть жена?

Дурацкий вопрос. Но почему-то он меня и вправду интересовал. И мой муж, даже не моргнув глазом, ответил:

– Похоже на твое имя, – он улыбнулся, глянув на меня.

– Ну и как? – Я приподнялась на локте, сгорая от любопытства.