Второй год новой эры

Ну просто настоящий, бескорыстный служитель Божий – в своей простоволосости и босоногости, с сурово-одухотворенным лицом. Справа, как противовес ему – явный воин-ветеран. Если вы видели одного такого, то считайте, что видели их всех. На вид ветерану лет пятьдесят или около того. Гладко выбритый подбородок, висящие чуть не до груди рыжеватые усы с проседью. И плед той же расцветки, что и на матроне, под которым виднеется яркая рубашка в желто-оранжевую клетку, стянутая в талии наборным поясом, на котором висят меч и кинжал.

Дополняли костюм мешковатые штаны в темно-синюю полоску и красная цилиндрическая шапка, одновременно похожая и на турецкую феску, и на ночной колпак. Весьма яркий, надо сказать, персонаж. Петрович подумал, что если он и в самом деле профессиональный воин, то отсутствие у него в руках или где-нибудь поблизости таких атрибутов, как копье и щит, говорит о том, что встреча планируется сугубо мирной и никаких вооруженных инцидентов не предвидится.

Да неужели ж это кельты? Петрович усмехнулся.

Да уж, от этих людей за версту несло кельтской родоплеменной знатью (одни клетчатые пледы чего стоят). Пока вождь с интересом рассматривал в бинокль своих будущих визави, Виктор де Легран спустился в каюту и несколько минут спустя вернулся опоясанный перевязью со шпагой, что сразу сделало его похожим на молодого д`Артаньяна.

– Месье Петрович, – сказал он, сделав галантный поклон в сторону Люси, – учтите, что эти люди не будут разговаривать с людьми низкого происхождения, у которых на поясе не висит меч, как бы хорошо они при этом ни были одеты…

Выслушав перевод, Петрович похлопал себя по висящему на бедре мачете-кукри и спросил, достаточно ли этого оружия для представительных целей или непременно требуется шпага, как у самого Виктора, которая все время путается в ногах и тем самым мешает своему владельцу ходить.

– Думаю, что этого будет достаточно, – так же устами Люси согласился Виктор, – но только скажите мадам Ляле, чтобы во избежание негативных нюансов она тоже была при оружии.

И еще – пусть месье Гуг отдаст один из этих своих длинных ножей мадам Люсе. Она тоже дворянка и имеет право выступать перед этими людьми с гордо поднятой головой…

Немного подумав, Сергей Петрович согласился. Ведь в самом начале мачете-кукри как раз и задумывался скорее как знак принадлежности к некоей общности Прогрессоров, чем как утилитарный бытовой инструмент.