Второй брак 2

Уже вскоре он покинул помещение, а я еле сдержалась, чтобы не побежать за ним.

— А… — я услышала голос Анаис, которая неловко поднялась с кресла. — Я… Мне жаль, за свои которые я только что произносила. Я не совсем это имела ввиду. И вообще не понимаю, что на меня нашло. Наверное, так действуют гормоны во время беременности.

— Ты только что говорила, что с самого твоего терпеть нас не могла и даже не хотела садиться с нами за один стол, — произнес отец, смотря на Анаис так, как никогда раньше. Словно больше не на члена своей семьи.

 — Ты просила кронпринца нас казнить.

— Я… я не хотела этого говорить… Просто гормоны и беременность… — по щекам Анаис потекли слезы. Мгновенно. Насколько же искусно она их вызывала.

Вот только, уже теперь ни мама, ни папа, не реагировали на ее слезы так, как раньше. Им будто бы было вовсе глубоко все равно. И на лицах моих родителей появилось отторжение. Гнев по отношению Анаис."

"— Мы тебя растили и пытались дать тебе абсолютно все, — произнес отец. — Мы пытались дать тебе свою любовь и заботу, а ты за нашими спинами называла нас ворами и убийцами.

В самый критичный момент попросила вовсе нас казнить. Не прикрывай это гормонами или беременностью. Ты больше не часть нашей семьи.

Анаис потерла лицо ладонями, а потом закрыла глаза. Открывая их, нахмурилась. От рыданий не осталось и следа.

— И отлично. Сильно вы мне нужны. Я скоро стану частью императорской семьи.

— Так вот ты какая, — прошептала мама. — А ведь мы тебя действительно любили.

— Нужна мне ваша любовь. Оставьте при себе и не смейте никому рассказывать про то, что я тут говорила. Иначе столкнетесь с неприятными последствиями. Не забывайте о том, кто я, а кто вы.

Анаис развернулась и гордо ушла, оставляя после себя крайне сумбурную атмосферу, рухнувшую на помещение и пропитавшее воздух.

Дело было не только в сестре. Вообще во многом. За крайне короткое время для всех нас мир перевернулся с ног на голову. И это так просто не принять. Подобное сокрушило и, как минимум, понадобится время, чтобы заново собрать себя.

Осознать, что, оказывается, все было далеко не так, как казалось на первый взгляд. Вернее, таковыми являлись люди.

— Я пойду, — сказала Фавсту. — Мне нужно выйти на свежий воздух.

— С тобой все хорошо? Пойти с тобой?

— Да, все хорошо. Не стоит.

Фавсту лучше было остаться с родителями. Им его поддержка нужнее.

Я уже собиралась покинуть комнату, как ко мне быстрым шагом подошла мама и крепко обняла.