Вверх по течению (СИ)

Теперь представьтесь сами.

– Канцелярист высшего разряда Ижи Громмель, письмоводитель Имперской контрразведки в Будвице. Чем я обязан такой брутальной доставкой на место службы?

– Чем занимались до службы в контрразведке?

– Служил архивариусом военно – полевого суда Ольмюцкой армии. Я местный уроженец, хотя и имперский гражданин.

– Сколько вы служили в армии до имперской реформы?

– Двадцать лет. Со школы кантонистов. Служил всегда писарем, так как был грамотным и имел хороший почерк. Все кантонисты выпускались грамотными.

Гражданство получил вместе с отставкой и был принят на гражданскую службу в Департамент юстиции Ольмюцкого королевства. Оттуда переведен в секретари военного суда. Затем в архив. По выделении с начала этой войны военно – полевого суда в отдельную структуру переведен в него архивариусом. Затем уже сюда в прошлом году. Письмоводитель, делопроизводитель и архивариус одновременно. Всего лишь за полуторный оклад.

А ничего он так держится, спокойно. Хотя лет ему, пожалуй, за полтинник будет.

Щетина на челюсти почти седая.

– Что-то вы очень спокойны, господин Громмель, хотя уже догадались, что власть переменилась, – покачал я головой, удивляясь его выдержке.

– А чего мне беспокоиться? Власть тут уже не раз менялась, но какая бы власть не была без писаря и опытного делопроизводителя она не обойдется. Мое дело техническое, господин фельдфебель.

– Называйте меня, господин комиссар."

"– Как вам будет угодно, господин комиссар.

– Я вас правильно понял, господин Громмель, что вы лояльны любой власти? Это принцип?

– При условии, что эта власть законна, господин комиссар.

– А если вашими подопечными окажутся бывшие ваши начальники?

– Это не моя прерогатива, господин комиссар, кто и кого сажает в камеру. Мое дело вести протокол и правильно его подшить в дело. Главное, чтобы все было по закону. И соблюдалась утвержденная процедура. Я свое дело выполняю всегда добросовестно.

Я дал ему ознакомиться с указом короля о создании ЧК и приказом о своем назначении ее комиссаром.

И приказом об аресте офицеров контрразведки за пособничество врагу.

– Признаете мою власть законной, господин Громмель?

– Не буду отрицать очевидного, – ответил он.

Я встал, положил его связку ключей в карман и предложил.

– Пойдемте.

– Куда, господин комиссар? – в глазах канцеляриста впервые блеснуло что-то тревожное, особенно после того как я сняв с вешалки кобуру уложил в нее пистолет.