Вы все жжете! Часть 2

— Действительно, при чем? Какая связь между попыткой не допустить брак Филиппа и Соланж и расторжением вашей собственной помолвки?

— Вы хотите сказать?..

— Что ты сама собралась замуж за принца, — захихихал Франциск, неожиданно тонко и противно. — Никогда бы не подумал, что такое придет в голову представителю Совета.

— Что ваши действия просчитываются на десять шагов вперед, — снисходительно пояснил Фаро. — Ничего у вас не получится. И если вы так беспокоитесь о хороших отношениях с Советом, то ради них настоятельно прошу не расторгать помолвку до свадьбы Филиппа.

И вернуться домой. Если не к дяде с тетей, то к отцу. Инор Бовьен очень просил нас посодействовать. — И повторил с нажимом, явно обращаясь с молчавшему Бовьену: — Очень.

— Да, я буду рад, Николь, если ты выберешь мой дом, — отмер тот.

— И ваша жена будут рада? — ехидно уточнила я.

— Разумеется, — подтвердил Фаро с доброй улыбкой. — Инора Бовьен выразила желание приютить под своей крышей бедную сиротку. Девочка моя, — отечески начал он, — нечего вам делать в доме этого старого интригана.

Это же не ваша идея, с Филиппом, не так ли?

— Не моя, — согласилась я, — ваша.

У меня было чувство, что я говорю с сумасшедшим, живущем в своем собственном мире. Что бы я ни сказала, оно будет укладываться только в нарисованную Фаро картину, придавая ей яркость, полноту и выразительность.

— Леди де Кибо, — укоризненно поцокал он языком. — Разве мы придумали эту историю, свидетелем которой был лорд Фурнье? Разве мы устроили явление призрака Филиппу Второму? Кстати, как вам это удалось? Молчите? Не хотите отвечать или не знаете? Имейте в виду, вы можете сильно пострадать, попав в колесо придворных интриг.

А в доме вашего отца вам будет хорошо и спокойно. Инор Бовьен вас любит и будет заботиться.

— Любит? Выполняет ваше поручение, — не согласилась я. — Вот и сейчас заманил меня обещанием отдать вещь мамы, а сам привел в ловушку.

Под тяжелым взглядом Фаро Бовьен засуетился, распаковывая сверток, и наконец извлек довольно потрепанный томик Сильвена Герена.

— Вот, — сдавленно сказал он, — Корали его очень любила, все боялась потерять. Даже подписала.

Он раскрыл на титульной странице и протянул мне. В верхнем углу действительно стояла мамина подпись. У меня задрожали руки, а на глаза навернулись слезы.

— Огонек, приди в себя, — забеспокоился призрак. — Эта книга никогда не принадлежала твоей маме. Ей лет меньше, чем тебе. Посмотри внизу страницы.

Я сморгнула выступившие слезы. Посмотрела.