Вы все жжете! Часть 2

— На которые я вряд ли отвечу, — заявил Шарль. — Спросишь у самого Фурнье на занятии.

И совершенно нагло ушел, оставив меня с Жаном-Филиппом! Или Жана-Филиппа со мной, это уж как посмотреть. Лучше бы он книгу про привидения оставил: все же маленький червячок сомнения грыз изнутри, не позволяя до конца поверить в то, что я только что узнала. Мало ли почему кот на мне устроился помурлыкать? Может, просто соскучился по лицам без монашеских облачений? За столько-то лет. Если уж Франциску, который пробыл в монастыре куда меньше, надоело до зубовного скрежета, то бедному котику там давно должно было стать плохо.

Может, дальше как раз описаны случаи-исключения, а я просто до них не дочитала?

— Николь, тебя ищут и Бернар, и Антуан. И желательно, чтобы не нашли одновременно.

— Антуана мне на сегодня хватит, — оживилась я. Действительно, к чему думать о проблемах котов, если есть куда более интересные темы? — А вот с Бернаром…

— А вот с Бернаром ты будешь встречаться, когда официально разорвешь помолвку с Альвендуа, — сурово оборвал мои мечтания кузен.

 — Не нужно, чтобы проблемы Буле перешли к моему другу, понимаешь? Лучше уж занимайся медитацией с Буле, чем встречайся с Бернаром.

— Да что ты пристал с этой медитацией? — раздосадованно спросила я.

— Мне она не понравилась, — честно ответил кузен. — Вызвала многовато вопросов. Ты и без того записалась на медитацию, зачем тебе еще дополнительные занятия от Фурнье?

— У прорицателей медитация имеет свои особенности, — вдохновенно пояснила я, почему-то почувствовав при этих словах руку Шарля на своей.

— Я заметил, — едко сказал Жан-Филипп. — хорошо еще в библиотеке занимались, а не наедине, хотя все равно могли дать пищу для разговоров.

— Кстати о разговорах, — вспомнила я. — Что такого обо мне ты рассказал Бернару?

Вот сейчас и выясню, насколько справедливы предположения Шарля. А то, может, он специально меня ошарашил, чтобы… Подержать за руку?

— Я? — изумился кузен. — Что я мог рассказать?

— Не знаю.

Но это что-то очень важное, причем такое, что я сама знать не должна.

На краткий миг физиономию кузена озарило понимание, но он тут же вернул свой скучающе-осуждающий вид.

— Понятия не имею, о чем ты. У меня, знаешь ли, нет привычки обсуждать кузину за ее спиной.

— Жанно… — с нажимом сказала я. — Это для меня очень важно. Я точно знаю, что ты что-то знаешь. Я хочу знать, что ты знаешь. Имею право, это моя жизнь.

Жан-Филипп надул щеки и с силой выдохнул.