Альтернативы в таких вопросах не бывало никогда. Он все сделал тогда чисто. Валя пошел купаться, а он подсыпал ему в стакан того самого белого порошка, после которого любой патологоанатом с уверенностью констатировал смерть от сердечного приступа. Валя, вернувшийся из ванной, тогда как-то странно посмотрел на него, словно догадываясь о его истинной роли. Но ничего не сказал, даже если догадывался. Валя был настоящим профессионалом. Просто взял стакан, чуть помедлил и, посмотрев другу в глаза, громко сказал: «Твое здоровье».
Выпил все, до последнего глотка…
На похороны он не пошел. Это было нарушением правил, но, кажется, его поняли и милостиво извинили. Хотя наверняка где-то в его личном деле психолог сделал отметку о некоторой психологической или психической неуравновешенности. Ибо в традициях их учреждения обязательным было присутствие на похоронах своего лучшего друга, убитого по твоему приказу или твоими руками. Это была самая омерзительная традиция, но она была, и ей полагалось следовать неукоснительно.
На дорожке, ведущей к его скамейке, показался тот самый полковник. Сегодня он выглядел хуже обычного. Ему еще не было пятидесяти, и его еще, очевидно, мучает совесть. Он вздохнул: работа есть работа, и лишние эмоции здесь ни к чему. Полковник подошел к нему, сел на скамью, не здороваясь, закурил.
— Что-нибудь случилось? — ласково спросил он у полковника. — Мы не виделись уже столько дней.
— Да, — отрывисто сказал полковник, — просто мы уже закончили работу.
— Я знаю, — кивнул старик, — это была славная работа.
— Да. — Полковник выдохнул сигаретный дым, словно собираясь сказать что-то важное. Как перед прыжком в воду.
— Не волнуйтесь, — вдруг мягко сказал старик, — я все знаю.
— Что? — немного испугался полковник. — Что вы знаете?
— Вернее, понимаю. Это ваша работа, и не нужно столько эмоций. Вы просто привыкли ко мне за последние дни. А у профессионалов не бывает друзей — только партнеры и враги. Больше никого. — Вы знаете, зачем я пришел?
— Конечно. Иначе для чего вы меня вызывали? Я сорок лет провел на этой работе.
Я пришел в наше учреждение тогда, когда вас еще не было на свете. И, уверяю вас, за эти годы я кое-чему научился. Все это суета. Итак, как вы меня будете убивать?
Полковник вздрогнул, посмотрев на старика, как на сумасшедшего.
— С чего вы решили? — заикаясь, спросил он.
— Догадываюсь. Мавр сделал свое дело… — Он посмотрел на свои руки. — Вот этими руками, полковник, я убил столько людей, сколько вам лет.
