В эту же секунду я вцепилась в лацканы его пальто и, привстав на носочки, сократила последние миллиметры между нашими губами.
Наверное, в книгах о таком поцелуе пишут, что он был волшебным, полным чувств и страсти. А я скажу, что поцелуй был офигенским!
В руках Афанасьева, полностью отдавшись вспыхнувшим в моменте чувствам, я забыла о своём коварном плане, забыла о мести и не помнила о том, как сильно он иногда меня бесит.
Пальчики моих ног поджимались, по рукам бегали мурашки, а под кожей стреляло искрами, как от высоковольтного провода, сорванного со столба.
А уж как сорвало Афанасьева…
Ммм…
Он целовал меня так, будто не целовался лет двести. Жадно, чувственно и откровенно. Думаю, если бы мы не питали друг другу столь открытую неприязнь, то он бы, не задумываясь, раздел бы меня прямо в лифте, здесь и сейчас.
Но поцелуй закончился. Мы оторвались друг от друга и, стараясь прийти в себя, оба ловили ртом воздух, глядя друг на друга каждый из своего угла лифта.
- Из-за этих соплей даже нормально не поцелуешься, - делано возмутилась я.
- Ага, - поддержал меня Афанасьев.
Губы горели, места, где он меня касался, словно жалобно ныли, напрашиваясь на продолжение. Это действительно было феерично. Кажется, у меня даже закружилась голова.
- Но я всё равно тебя ненавижу, - сказала я, когда смогла прийти в себя.
Пришлось вновь нажать кнопку нужного нам этажа, потому что с первого раза из лифта мы не вышли. Мы даже не заметили, что он где-то останавливался.
- Мы перешли на «ты»? – ехидно ухмыльнулся Афанасьев и поправил на груди пальто, которое я бессовестно измяла собственными руками.
Это я так сильно притягивала его к себе?
Сила есть, жаль, что ума в момент поцелуя у меня не осталось.
- Ты так глубоко меня целовал, что мог бы достать языком до анальной пробки, если бы я её носила.
- Анальная пробка? Это что, альтернатива лекарствам от поноса? Или как у медведей на время зимней спячки?
- Я целовалась с безнадежным стариком, - нарочито печально выдохнула я и вышли из лифта вместе с чемоданом.
Андрей Васильевич нагнал меня и, открыв дверь ключом, первой впустил в квартиру.
Навстречу мне выбежала Киня и сразу врубила режим трактора, стоило мне взять её на руки.
- Ты же моя красавица! – приласкала я ей, прижав к груди.
- Твоя красавица чуть не порезала Оксану на лоскуты, - поведал мне Афанасьев."
"- Моя девочка! Моя умничка! Это были бы самые плоски лоскуты. Чипсы! – я чмокнула кошку и аккуратно поставила её на пол.
