Нагнал её у лифта, где она демонстративно нажимала кнопки, чтобы его створки быстрее съехались. Проскользнул между ними в последний момент, едва не налете на девчонку.
- Это глупо, учитывая, что в итоге мы всё равно окажемся в одной квартире, - сказал я поучительно, на что Аделина лишь хмыкнула, продолжая смотреть прямо перед собой.
Дверь квартиры я успел открыть сам, но Аделина тоже планировала это сделать, приготовив ключ еще в лифте.
В этот момент я даже немного по-мальчишески внутри себя порадовался, что успел первым.
Подчеркнуто важно открыл для неё дверь и запустил в квартиру первой.
Аделина этого не заметила. С хмурым лицом, уйдя глубоко в себя, она сняла куртку и обувь. Вновь взяла чемодан за ручку и пошла со своим барахлом в ванную комнату.
- Я в душ, - проинформировала.
- Полотенца и…
- Я знаю, - оборвала она меня и закрылась в ванной.
Всё моё внезапно зародившееся гостеприимство сдуло ветром от хлопка, с которым она закрыла дверь.
Думал, покормить её, но решил, что обойдётся.
Я обещал ей только ночлег и диван.
Пока она была в ванной, где шумела вода, я оставил на диване постельное и одну из своих подушек. Специально выключил везде свет и закрылся в своей комнате, где, устроившись на кровати, периодически поглядывал на закрытую дверь и прислушивался к звукам внутри квартиры.
Киня сидела у двери и тоже прислушивалась к происходящему, шевеля ушами и периодически заглядывая в щель под дверью.
Через полчаса, вода в ванной перестала шуметь.
Щелкнул замок, по полу покатились колесики чемодана и довольно быстро затихли.
Наступила тишина, в которой иногда слышались тихие шаги Аделины. Похоже, она стелила себе постель.
То-то же! Пусть не расслабляется и не думает, что я вдруг стал добреньким для неё.
В этот момент я даже немного ухмыльнулся. Победно, разумеется.
Но тут же напрягся и даже слегка вздрогнул, когда в дверь постучали.
- Только оденьтесь… и не пяльтесь, - послышалось оттуда.
Я не стал играть с судьбой и на всякий случай надел штаны поверх трусов, прежде чем открыть дверь.
Открыл и слегка опешил, обнаружив за порогом Кондратьеву в одном полотенце, которое придерживала на груди. Капли воды на её плечах блестели в тусклой подсветке кухонного гарнитура.
Сама Кондратьева, нисколько не тушуясь, смотрела мне прямо в глаза так, будто сейчас ударит или просто придушит голыми руками."
"Надо было, всё-таки, надеть ещё и футболку.
