Выбираю тебя

Шесть Проводников отправились к границе миров за невестой. Пять лучших воинов и повелитель. Зачем? Неужто мало своих красавиц? Все просто и совсем не просто. Далекая женщина из чужого мира может сдвинуть чаши весов судьбы. И тот, кого она полюбит и назовет суженым, получит нечто бесценное, ради чего не жалко отдать жизнь. Черному дракону было смешно. Но однажды он уже видел это своими глазами. И потому пошел Седьмым. Кто мог знать, что в самый важный момент вмешается судьба и перевернет все.

…Любви прекрасной, трепетной и страстной

Хочешь — понапрасну сердце сжечь не бойся!

В темноте пещеры мягко светилась древняя чаша с кристально чистой водой — зеркало истины.

Отражение показывало женщину. Серые глаза, белая кожа с такими забавными золотистыми точками. Красно-рыжие волосы, яркие, как густеющая кровь. Невольный трепет пробежал по холодной коже белого нага — жреца. Кому достанется этот приз? Неожиданно отражение стало меняться.

Жрец резко подался вперед. Как такое возможно…

Шесть Проводников уже ждут иномирянку на границе.

Что-то пошло не так? Но что?! В этот момент нагрелся один амулетов на его груди — сработала связь.

Так не вовремя! Наг сжал амулет в ладони и недовольно бросил:

А картина продолжала сменяться у него на глазах, показывая теперь уже совсем другое лицо. Вместо одной гостьи они получат двух? Так даже лучше, у нага немного отлегло от сердца.

— Ты в курсе? — раздался вопрос по связи.

— Что девушек будет две? — механически ответил он, не отрывая взгляда от зеркала воды, по которому снова бежала рябь.

— Нет, я про Джейдока, он тоже…

Он толком и не расслышал. Потому что отражение продолжало меняться, и жрец усиленно вглядывался, пытаясь понять, что за новое предсказание выдает ему зеркало истины. И тут внезапно картину просто смело черным вихрем.

— ЧТО??? — заорал жрец, отшатываясь от чаши.

Но поздно. По ту сторону зеркала истины уже стоял тот, кого наг меньше всего хотел бы видеть. Мужчина, весь темный, голый по пояс, с его мокрых длинных волос капли бежали на грудь.

Черный дракон, изгнанник Джейдок.

Насмешливая улыбка отразилась на красивом лице, а жрец испытал невольный ужас.

— Чего тебе? — заставил он себя выговорить спокойно.

— Пришел сказать, что я тоже участвую.

— Изгоям не положено, — начал, было, жрец.

И вдруг рывок, быстрый, как удар змеи. Джейдок, стоя по ту сторону зеркала истины, крепко держал его за связку амулетов, которые жрец носил на груди, и нехорошо улыбался.

— А я не спрашивал у тебя, что мне положено.