Выбор дракона (СИ)

Воздух становится плотнее, становится труднее дышать, сердечко частит.

– Мой господин, я не заметила вас…

Он не дал договорить, приложив палец к её губам:

– Вот я и говорю, – Элен сбилась, запуталась в мыслях.

Она оказалась в чудесной игре, где не разум, а чувства правят исходом. Вся её женская натура вынырнула из глубин, в отличии от своей хозяйки точно зная, что надо делать.

– Удиви меня, красивая убийца травинок, зачем ты тут? – Алонсо не сводил глаз с женщины. Она околдовала его. Он не слушал, проваливался в страсть, она начинала закипать в нём, зверь ворочался.

Элен отвечала, рассказывала что-то про лекции, про аптечные сборы. Алонсо притянул её к себе, она замолкла, затрепетала.

Их глаза встретились. Его взгляд – жгучий, жадно-чарующий, обволакивал её всю с головы до ног. Медленные, уверенные движения сильного, желанного мужчины, обезоружили её.

Алонсо зарылся лицом в её волосы, требовательно притянул к себе, коснулся губами за ушком:

– Твоё имя, Элен, как льдинка на языке, холодная, колкая, обжигающая…

Он шептал, хрипотца его голоса проникала ей под кожу, провалилась в самый низ живота, растеклась по телу.

Элен чувствовала крепкую руку на затылке, зарывшуюся в её волосах. Другая его рука, горячая, тяжёлая, медленно скользила по шее, приближаясь к груди, касаясь её и забирая в себя.

Элен кружилась в вихре напряжения, всё сменилось растерянностью, затем хлынула неловкость. Элен пыталась остановить внезапно обрушившуюся на неё страсть, упёрлась кулачками в его грудь.

Слабое желание вырваться из смущения растаяло, наконец она сдалась во власть наслаждения, больше не противилась.

Алонсо, скинув упирающиеся в него кулачки, аккуратно отодвигая прядь волос, поцелуями прокладывал дорожку от виска к губам. Коснулся нежно, потом требовательнее…

Тень от вишневых деревьев, приютившая влюблённых, давно расползлась по саду. Серые, клубистые облака изгрызли солнце, стояла та тишина, что встречает неминуемый дождь.

Последние блики солнечных пятнышек прыгали зазевавшимися зайчиками на поляне перед замком. Наконец пролетел первый ветер, рванул дождь.

Те двое так и сидели рядом, не замечая сварливых капель, не в силах вынырнуть из глубины прекрасного озера зародившейся любви.

Она не помнила, как оказалась у себя в покоях. Тильда снимала с неё промокшую одежду, растирала кожу сухим полотенцем, заставила выпить горячего грогу.