Немного забавным способом, поставив пальцы левой руки около устья ножен и медленно вставив меч.
А Картей постоял мгновение. А потом клинок его меча упал на землю. А сам Балаз, выпустив обрубок с эфесом, рухнул на колени. Упёрся рукой в поверхность арены.
— И снова Максим Нуммус подтверждает своё прозвище «Молниеносный»!!! — разнёсся голос оратора. — Победа вновь в его руках!!!
— Но что произошло, сестра? — недоумённо произнёс Гордиан. — Я ничего не увидел!
Мирабэль же сощурилась.
— Посмотри на доспех Картея, — произнесла она.
Гордиан присмотрелся к Балазу, который находился сейчас лицом к ложе. При столкновении он развернулся вбок.
— А что с ним? А-а… — в этот момент передняя часть доспеха вдруг разъехалась.
Он оказался разрезанным. От плеча до плеча. И нижняя часть сейчас отвисла, словно открылся огромный рот. Причём, разрезаны были и железные пластины, и одежда под доспехом. Было видно тело, но при этом крови не было.
— Как он это сделал? — удивлённо спросил Гордиан.
— Обычная Ламина Кочинея (Алый Клинок — лат.
), — ответила Мирабэль. — Сквозь Щит.
— Сестра, он же ему клинок срезал, — заметил Гардиан. — Балаз что, забыл активировать Ламину?
— Вряд ли, — ответила Мирабэль. — В этом и есть нюанс. Нуммус, грубо разрушив формулы, вынудил Картея выбросить сырую магию и, тем самым, истощиться, спасая себе жизнь. Иначе, возможно, сейчас бы не только доспех был разрезан.
Гордиан сделался задумчиво-серьёзным.
— Так это что, выходит, — произнёс он. — К нам из королевства приехал неизвестный сильный маг? Да ещё и, проклятье, опытный боец⁈
— Теперь ты не думаешь, что я зря тебя позвала? — спросила девушка.
— Возможно, этот Нуммус до сего момента…
— Находился только и исключительно на Анджаби, — закончил за сестру принц. — Поэтому и остался неизвестным. Да, Мира. Это интересно.
* * *Энтони зашёл в букмекерскую контору. И покосился вбок. Охранников было трое. И один из них — маг. Несильный, но напрячься заставит. Хмыкнув, Кольер подошёл к окну.
— Мне нужно о чём-то знать, уважаемый? — спросил Энтони у сидящего за окном клерка.
Тот бросил быстрый взгляд в сторону охранников.
— Дело в том, доминус, — произнёс мужчина. — Что мы не сможем более принять у вас ставку… Если вы будете ставить на самого себя."
"— Любопытно, — с интересом проговорил Энтони. — Я правильно понимаю, что вы не хотите принимать у меня ставку?
— Я неправильно выразился, доминус, — голос клерка чуть дрогнул. — Дело в том, что ставку мы примем.
