Вот Минди вытянула ноги, задрожала. Приподнялась почти в мостик, вытягиваясь. Разумеется, Федерика при этом лишь ускорила характерные движения рукой. Минди тихонько, но протяжно застонала…
…Парни, если хотите ощутить, что испытывают порноактрисы после часов пяти-шести съёмок минета, заведите не меньше трёх женщин. Лицевые мышцы, язык и шея прям прокачаются. В отказ."
"Словно всамделишний султан, Энтони полулежал на подушках. Под головой женский живот. Под левой рукой ещё одно юное тело, а ладонь покоится на приятной ягодичной округлости.
А предводитель сего коллектива амазонок сама изображала повелительницу, утомлённую приятными забавами. Она лежала поперёк ног Энтони, а её рука как бы прикрывала чресла парня и увядший корешок. Ну, ещё бы он не увял. Время уже часа четыре утра, славно порезвились. Если бы не способности мага, Энтони бы не смог вытянуть такой марафон. Всё-таки юные девы, сами жадные до удовольствия — это натурально бедствие для мужчины со слабой конституцией. Тем более, когда сии девы между собой ранее развлекались, то есть не стесняются обнажаться в присутствии друг друга.
И уже привыкли к тому, что они шалят с одним парнем.
Элен, на животе которой лежала голова парня, явно заснула. Дыхание было мерным. Минди точно спала, она сопела и иногда даже всхрапывала. А Федерика ещё боролась со сном. Клевала носом, но сопротивлялась.
— Слушай, — заплетающимся языком произнесла она. — А ты раньше… Ну, вот так?
Энтони усмехнулся. Зевнул.
— Много чего бывало, Рик, — ответил парень.
На самом деле, чтобы с тремя, да ещё и юными — такого с Энтони Кольером не случалось. Но признаваться в этом — значит дать основание для манипуляций. А они непременно последуют, причём неважно, что дамы относятся к тебе в целом положительно.
— Что, прямо вот так? — упрямо спросила Федерика. — Или может лучше?
— Каждый раз особенный, — хмыкнул Энтони. — Я не хочу, ни сравнивать, ни классифицировать.
Рика повела головой. Характерным движением очень пьяного человека, который чуть не провалился в сон.
А выпили они, действительно, изрядно.
— А… пчему? — спросила девушка.
— Потому что мне не семьдесят, чтобы лишь воспоминания смаковать, — насмешливо ответил Энтони.
Федерика кивнула. Потом встрепенулась… Но явно стала вырубаться. Откинулась на подушках, на лице промелькнуло облегчение. Но следом набежала хмурость.
— Не… Не хочу… Заканчивать… — упрямо пробормотала она уже с закрытыми глазами.
И мерно засопела. Её лицо разгладилось.
