Алексия, Виктор Гросвенор. О, и Элиза Моубрей тоже здесь. Кстати, направилась в их сторону.
— А Ирма, всё-таки, не смогла, — со злорадством заметила Федерика.
— Изабэль Холланд здесь, — заметил Энтони. — А что хочет Элиза? Что-то какая-то она решительная.
— Энтони! — Моубрей заговорила метров с четырёх и с широкой улыбкой. — Добрый вечер!
— Скорее, уже ночь… Элиза, — ответил парень, склонив голову.
— Федерика, Минди, Элен, — поприветствовала остальных Моубрей. — Идёмте же скорее! Вы должны нам всё рассказать про ваше путешествие в Империю!
— Элиза, — усмехнулась Федерика.
— Нам про нас рассказывать не особо много. А вот Энтони у нас изрядно отличился.
— Судя по… — Моубрей посмотрела на Мариан. — Я так и поняла.
— Это, можно сказать, подарок принцессы Катон, — ответил парень.
Моубрей сощурилась.
— О-о, Энтони, — с предвкушением произнесла она. — Сразу предупреждаю, разминай язык.
Кольер покосился на Федерику, таким образом предвосхищая какую-нибудь шуточку. А то у девушки в последнее время юмор стал… поплоще и более солдатский.
А у девы по губам промелькнула хитрая улыбка. Вот сто процентов, именно про «то» Рика и подумала сейчас…
… Алексия смотрела на Кольера со смешанными чувствами. Чувствовать себя особо виноватой ей не за что, но что-то скребло. А какой метод борьбы с неясным ощущением вины? Правильно, подойти к источнику и решить вопрос. Именно это девушка и хотела сделать, увидев парня. Но к ним сразу же подошла Элиза. И когда она вернулась, уходила же куда-то?
А потом Алексия увидела, что их не четверо, а пятеро.
С ними была ещё смуглая девушка, причём она закрыла лицо белым полупрозрачным платком по мисрийской традиции. Но в платье была имперском, с короткими, до середины предплечий рукавами. И при этом серого цвета (серый цвет, в королевстве, чаще всего носят слуги).
Гоуэр хмыкнула, увидев рабский лорум на этой девушке.
— Оригинально, — заметила стоящая рядом Изабэль Холланд. — И чья это рабыня?"
"— Сейчас подойдут, прочитаем, — откликнулась Алексия.
А Элиза вела их именно к ним.
— Вы были на турнире? — донесся удивлённый вопрос Моубрей.
— Имперцы называют это мероприятие играми, Элиза, — поправил Кольер. — И да, зрелище… М-м, скажем так, своеобразное, но интересное.
— Точно, — поддакнула Федерика. — Особенно, когда смотришь вблизи.
— В каком смысле? — не поняла Элиза.
— Нам удалось попасть в ложу для патрициев, — ответил Энтони.
— Именно так, — улыбнулась Федерика.
