— Вы желаете покинуть сие место? Поедем на ужин?
— Хочется чего-то тихого, уютного… — произнесла Федерика."
"— И шикарного, — докинула Минди.
— Чтобы свет был неяркий, — Элен, как обычно, говорит ровно тогда, когда надо, сколько надо и что надо…
* * *Ресторан «Амор». Вечер
Подметил за собой Энтони следующее. Максим Векшин был человеком не особо романтичным. Даже до войны. Не циником, этого он просто не успел набрать, но, скажем так, практичным, иной раз до душноты. А уж после стольких лет нахождения в буквальном смысле слова на передовой, Векшин бы никогда не стал устраивать такой вечер, как этот.
Ему было бы банально невыносимо скучно.
«Да-да, это я! Моё благотворное влияние!» — с удовольствием отмечал Младший.
А вот Энтони Кольеру это нравилось. Именно нравилось, поэтому всё и получалось хорошо. Как надо. Было приятно смотреть на улыбки девушек, вести неспешные и немного провокационные беседы. Нравилось смущать Элен, дразнить Минди, танцевать с Федерикой. Рика всё больше смелела в части телесных контактов.
И да, было очень приятно видеть, как юные дамы, под твоим чутким руководством расцветают.
— Энтони, — Федерика не отрывала взгляда. — Скажи. Это же был ты?
Парень улыбнулся. Они не спеша кружились под плавную и чуть грустную мелодию.
— Даже если бы это был я, — ответил Кольер. — Я бы всё равно не сказал.
— Почему? — сделал брови домиком девушка.
— Скажем так, — произнёс Энтони. — Мне бы потом не хотелось в срочном порядке уезжать из Аетерны.
На лице Федерики появилось недоумение.
— Не обращай внимания, — добавил парень. — Возможно, я излишне… циничен. И перестраховываюсь.
Девушка хмыкнула. Но вряд ли поняла.
— Скажи, — произнесла она. — А как потом нам дальше жить? После этой поездки?
— Ты льёшь мёд в мою чёрствую душу, — с теплом ответил Энтони. — Не надо так говорить, Рика. Иначе можешь оказаться в моих костистых лапах. Навечно.
В ответ кокетливая и довольная улыбка.
— Странная это вещь — женская душа, — произнесла девушка. — Если бы я услышала эти слова… От сверстника, то я бы в срочном порядке оборвала все связи.
Потому что такой парень явно не очень… в реальности.
— А в чём же странность? — спросил Энтони.
— В том, что от тебя, — Федерика коснулась левой рукой щеки парня. — Твои слова отзываются в груди… иглой радости.
— Иглой? — поднял брови Кольер.
— Именно, — уверенно ответила девушка. — Радость, похожая на боль.
Её губы были вкуса сладкого вина. И целовалась Федерика уже совершенно без стеснения, без проверок.
