Выбор варианта (СИ)

Пришлось рассказать ей обычную сказку про Россию.

— Вы, рава Лейна, ежели что вспомните еще — приходите. Уж мы для вас постараемся, не сомневайтесь!

— Я, Труда, много что видела, но совершенно не знаю, как это делается.

— А вы расскажите, может и сообразим вместе-то!

— Ну, взять вот хоть пуговицы эти. Вот мы сейчас сделали прорезные петли, а бывают еще и навесные. Ну, их делают из красивого шнура, или из ткани сложенной. Бывают еще петли из рулика. Но вот как делать — не знаю. Могу только рассказать, как они выглядят…

Разговор наш затянулся почти до сумерек, я даже сама удивилась, сколько всего я, оказывается, знаю про одежду.

Рассказала про ластовицу и что с ней можно шить штаны уже. Вспомнила про вшивной рукав и что это можно попробовать сделать на манекене. Рассказала, что такое манекен и пообещала подумать, из чего и как можно сделать здесь…

Платье принесли утром третьего дня. Благородная темная зелень бархата и золотая атласная аппликация по подолу, рукавам и воротнику. А изюминкой платья были косые клинья, которые делали юбку широкой.

Но самым крутым в платье были не эти новшества, а пуговицы, на которые оно застегивалось. Такого здесь точно еще не видели! Пуговки были сделаны из тонких спилов ветки и обтянуты тем же золотым атласом. На каждый день, я, конечно, заказала платья из обычной тонкой шерсти, а вот на выход — действительно нарядные. И это, бархатное, было просто роскошным. Именно его я и надела к вечернему обряду.

Ужин проходил неспешно и почти стандартно.

Но в этот раз лацита тиргус приказал сделать пироги для солдат не с медом, а с вареньем. Так что новинка вызвала небольшой гул в зале. Но, кажется, недовольных не было. Все были наслышаны про «столичное лакомство». Всем было любопытно, что же там ставят цертиусу на стол, так что пробовали осторожно, но ели с удовольствием. Кажется, даже хвалили. Во всяком случае, гул стоял изрядный.

Именно в это время и открылась дверь в трапезную и дежурный офицер, стоя в дверях, громко произнес:

— Прибыл благородный тиргус Жанс Грец, в сопровождении семьи!

— Проси к столу — ответил лацита тиргус.

Слуги засуетились, меняя скатерть и добавляя свежие тарелки на высокий стол, из кухни потащили новые блюда, а в дверь, вежливо кланяясь, вошел невысокий пухловатый мужчина лет пятидесяти, с лицом постаревшего херувима и розовой лысинкой, худощавая пожилая женщина с кислым лицом, молодой смазливый парень и две юные девушки в одинаково роскошных бархатных платьях.